Не ловите мух...

Несколько привычных движений – замок клацнул, и все снова стихло.

Спрятав отмычки, Зубная Фея открыла дверь и быстро вошла в квартиру.

В нос тут же ударили запахи ветхости и запустения. Темно… здесь не было даже окон.

По спине пробежал подленький холодок…

Сняв с пояса переносной фонарь «штурм-фитиль», Зубная Фея уже собралась было его зажечь, но не успела.

На стоявшей в глубине квартиры тумбе загорелась электриситетная лампа.

Зубная Фея вскинула руку к лицу и, прищурившись разглядела, что вмонтирована эта лампа в странный прибор.

Из латунного корпуса торчал рожок, в верхней части прибора был установлен звуковой цилиндр, как у фонографов, там же располагался непонятного назначения медный штырь с шариком на торце.

Дверь за спиной Зубной Феи захлопнулась, со скрипом провернулись шестерни, пришли в движение механические запоры. В тот же миг цилиндр в приборе начал вращаться, и из рожка раздалось скрипучее: «Вторжение! Вторжение! Незваный гость!».

«Ловушка!» – пронеслось в голове.

Зубная Фея бросилась к двери, попыталась открыть ее, но вся задняя панель представляла собой сложный механизм, и так просто с ним было не сладить.

Прибор за ее спиной не смолкал. Она выхватила из кобуры «Москит» и затравленно обернулась.

Медный шарик на штыре завибрировал. В стенах квартиры на петлях откинулись крышки скрытых ранее ящиков, и наружу полезли похожие на пауков механоиды. Одни были совсем крошечные и могли уместиться на ладони, другие – размером с кошку.

Десятки, если не сотни механических пауков, перебирая латунными ногами, скопом устремились к Зубной Фее. Из установленного на самом большом пауке блока выстрелила, раскладываясь в воздухе, сеть.

Прибор на тумбе продолжал вещать: «Вторжение! Вторжение!»…

…Партридж и Бэббит часто спорили. И порой они спорили так отчаянно, что Полли начинало казаться, будто это не по-настоящему, словно все это лишь очередная уловка – новая сценка Партриджа, которую он разыгрывает специально для нее, чтобы преподать ей урок.

Сильнее всего Полли злило, что этот негодяй втравливал в свои игры мягкого добродушного механика. Мистер Бэббит ее жалел, он считал, что Партридж учит Полли быть неуловимым борцом с преступностью слишком жестоко.

– Кажется, на этот раз вы перебрали с давлением, мистер Партридж, – сказал он тогда. – Котел того и гляди взорвется.

– Оставьте эту чепуху, мистер Бэббит, – отрезал Партридж.