Квинтэссенция

Жуткая лечебница с жутко строгим контролем. Ни разговоров с другими пациентами, ни прогулок, ни деятельности.

— Реальность часто не совпадает с нашими желаниями, — улыбнулась Лили. Гвен с грустью посмотрела на неё. Два дня назад Лили на самом деле признали мутантом и собирались выписать после того, как она сдаст контрольные анализы. Это значило, что Лили вернётся домой и вряд ли сможет вписаться обратно в свою привычную жизнь. Гвен долго пыталась придумать хоть какие-нибудь слова поддержки, но все ей казались глупыми и пустыми.

Поэтому они проводили время в тишине.

Спустя несколько дней после отъезда Лили Гвен наконец сообщили её диагноз.

— Пророчество? — не выдержала она и в недоумении переспросила врача. — Да быть этого не может.

— Ещё как может, — без интереса сказал тот и протянул несколько бумажек. — Можешь запросить о переводе в отделение к таким, как ты, или остаться здесь. Вне зависимости от решения ты будешь ежедневно посещать сеансы у врача узкой специализации на протяжении месяца, после чего можно будет думать о твоей выписке.

Гвен молча забрала листы и села на кровать. Сара смотрела на неё, пытаясь понять, что она будет делать. Плакать, кричать, злиться или, может, обрадуется таким новостям? Но Гвен сидела, молча глядя в пол. «Пророчество». Само это слово вдруг показалось ей безумно глупым и бессмысленным. Что ей делать с этим знанием? А самое главное — для чего всё это? Мир, к которому она так хотела прикоснуться, был настолько близок всё это время. Близок и в это же время опасен.

«Интересно, я всё ещё могу умереть из-за приступов или так и должно быть?» — вдруг подумала Гвен и постаралась запомнить вопрос. Она не хотела думать о том, как теперь сложится её дальнейшая жизнь. Может, как и Джулия, сможет спокойно прожить жизнь среди людей. Или как Уэсли. Даже выйдет замуж за человека. И забудет этот период жизни как страшный сон. Однако хочет ли она этого на самом деле?

Чего Гвен на самом деле хотела сейчас, так это спокойного сна. Даже после двухнедельного затишья, в котором она пребывала в лечебнице, слишком многое произошло так быстро.

Пытаясь заснуть далеко после полуночи, Гвен внезапно поняла, что единственное, чего она желала всю свою жизнь, это максимально приблизиться к матери. Чёрт, она слишком хорошо запомнила Джулию. Её ласковый голос, аккуратные движения, светлые вещи и нежные слова. Сказки, которые она рассказывала Гвенде в далёком детстве. В них никогда не было плохого конца. Только герои, побеждавшие злодеев.