Хроники отеля "Уайтвуд". Переполох в Альпах

— Во Франции титул не передаётся по женской линии, мадам не может его завещать, да и сама мадам, при всём моём почтении всего лишь дочь де Лонгвиля...

— Я лишена французского подданства! — Мария Немурская вскинула гордую голову. — Я вне действия салического закона. Перед вами моя наследница. Я вам покажу, что такое «всего лишь дочь»!

Фридрих Прусский переводил взгляд с одного оратора на другого и, кажется, чувствовал себя несколько не в своей тарелке. Хотя он потомственный пруссак, подумал Джордж, для этих всякая тарелка — своя.

Тони заговорила было о том, что не претендует на герцогское наследство, французы и пруссаки вспомнили взаимные обиды, княгиня Нёвшательская продолжала метать с возвышения лозунги радикального феминизма, однако ударили часы, и посередь суматохи и гвалта появился человек, одетый довольно странно, с какой эпохи на него ни взгляни. На нём были чёрные брюки простой формы, чёрный же свитер с высоким воротником и белая обувь на мягкой подошве, более всего напоминающая теннисные туфли.

Серебряные волосы его были острижены под ёжик.

— Это и есть Часовщик? — спросила Молли.

На это ответил сам Часовщик, глядя снизу на галерею, прямо туда, где они сидели.

— Немедленно прекратите это! Что вы хотите?

— Мы сидим на отведённом для гостей месте, — ответил Джордж, воздвигаясь на ноги. — Мы просто свободные граждане, которые едут куда хотят, имея свой маленький бизнес. Никто не вправе нам препятствовать, пока мы чтим законы и платим налоги.

Мы требуем компенсации ущерба и прекращения преследования. И извинения неплохо бы получить, сударь!

Молли перевела на французский.

— Вы не понимаете! — воскликнул Часовщик. — Время не может и не должно так себя вести. Время — единственная непреложная истина, единственная сила, довлеющая над живым и неживым. С течением времени многое может быть построено, и всё — разрушено. Время дОлжно держать в узде, иначе цивилизация не может существовать в его потоке!

— Знаете, — сказал Меркатор, поднимаясь на ноги по другую сторону от Молли, — до недавних пор математика знала лишь евклидову геометрию, где довлели законы основателя.

Но совсем недавно — по историческим меркам, конечно — Николай Лобачевский опроверг догму и вывел эту тему из абсолюта. Рекомендую также ознакомиться с Бернхардом Риманом, если вы не верите в русскую науку.