Аромат волшебства. Книга вторая

- Тык ведь не за что, Ваша милость, - испуганно сглотнул слюну сухопарый жандарм, и Сириус от злости едва ли не по слогам процедил сквозь стиснутые зубы.

- Как это не за что?

- Ну-у, - ещё больше замялся собеседник барона, и по лицу его было явно видно, как сильно он клянёт свою судьбу – надо же так неудачно под руку попасться! – Видите ли, власть он не ругает нисколечко. К богам тоже с уважением. Я б сказал, напротив, всё о них толкует и толкует‑то благочестиво. Говорит, что только они в мудрости и величии своём вправе чудеса творить.

То есть крамолу супротив веры он не несёт. К бунтам тоже никаким не подстрекает. Напротив, просит каждого в сердце своё заглянуть и тихо да мирно выбор сделать: в грехе магии жить, себя, наперёд благих богов ставя, или одуматься. Так что… за что ж его в кутузку-то, Ваша милость? Это ж сродни тому, как выйдет пьяница какой-нить из трактира, чтоб в любви зазнобе своей признаться, и вдруг заорёт на всю улицу от переизбытка чувств. Только время-то оно дневное нынче, покой горожан не нарушен вроде как.

От скомканного объяснения жандарма Сириус ван Отто даже зубами заскрипел, но ругаться на него не стал. Вместо этого он тихо, но категорично приказал:

- Ваши проблемы, моя ответственность. Увести его с площади.

Некоторое время директор королевского интерната магии смотрел в глаза жандарма ровно так же, как мог бы уставиться матёрый волк на глупую комнатную болонку. Но в отличие от болонки, мозгов не перечить этому человеку у жандарма хватило.

Не тявкнув ни слова возражения, он понятливо кивнул и принялся за дело.

На этом Сириус немного поуспокоился. Барон всё же подошёл к широкой белой лестнице, пока ещё пустой, так как до момента открытия ворот Академии оставалось ещё целых полчаса, и поднялся по ней. Однако, перед тем как войти внутрь здания, он обернулся и удовлетворённо посмотрел, как трое жандармов уводят брыкающегося крикуна. Оперативность действий ему понравилась.

Вот только высказать свои претензии ректору Сириус всё равно не постеснялся.

- Отчего вы бездействовали? – сразу после приветствия сухо осведомился он. – Этот оратор вводит в заблуждение юные умы, да и в целом его присутствие на площади ни что иное, как удар по репутации Академии.

Ректор выразительно уставился на своего посетителя жалобным взглядом опухших красных глаз. Выглядел он как человек не спавший всю ночь, а то и две.