Аромат волшебства. Книга вторая

Пусть будут увековечены все, кроме него!

Да как же ты мог, Алрик? Как ты мог остаться жив, когда рядом с тобой погибли мои брат и отец? Почему ты не посвятил их в свой замысел, почему не спас?!

… И как можешь ты с их кровью на руках просить меня связать с тобой жизнь?

Нет, мой сын или дочь никогда не будут носить твою проклятую фамилию. Мой ребёнок не принадлежит роду ван Донатан, он мой, только мой!».

Дневник Анариетты Винтерфлёр,

найден при глубоком обыске архива бывшего здания Ковенав 11 году от Становления Закона Божия.

Уничтожен по причине ереси

Глава 1

Будучи человеком благоразумным, Дональд Дэ Воррингтон не сменил свой роскошный наряд на траурный чёрный костюм. Гибель сводного брата, которого он уважал и даже любил, не должна была стать тем событием, из‑за которого под угрозой окажется его присутствие на королевском Дне рождения. Более того, с часа на час ожидался приезд монархов других великих держав. Они тайно, под чужими личностями, добирались до Лоррендаума не один день, но встретить их здесь стоило со всей помпезностью.

А кому как не Дональду Дэ Воррингтону, министру по вешним связям, стоять за плечом Его величества Стефана и следить, чтобы всё прошло без сучка без задоринки?

- Милорд, прошу вас. Всего минута вашего времени.

Встревоженный голос, а также чем-то знакомое лицо, заставили маркиза остановиться. Он пристально посмотрел на говорившего - невысокого и довольно‑таки приятного на вид молодого человека, чьи светло-зелёные глаза сияли умом.

Ещё у него были тоненькие чёрные усики, кажущиеся смешными. Они придавали мужчине сходство с хорьком, и забавная ассоциация помогла милорду Дэ Воррингтону вспомнить.

- А, это вы, мистер Заветов. Вам повезло застать меня на улице, обычно по дороге в королевский дворец я нигде не останавливаю экипаж.

Сказанное было правдой, но нынешнее утро являлось двадцать вторым июня, а, значит, наступил праздник Поминовения. Триста сорок восемь лет назад в этот день беспросветно чёрное небо, за которым больше не видно было ни солнца, ни звёзд, вдруг сотрясла рябь, а затем весь смог и дым как будто затянуло в воронку.

Люди недоверчиво глазели наверх, щурили глаза от вспышек многочисленных молний и боялись, что вот-вот произойдёт что-то хуже прежнего. Тощие детские ручонки цепко хватались за потрёпанные подолы матерей. Лишённые надежды женщины испуганно прижимались к уцелевшим, едва живым мужчинам.