Аромат волшебства. Книга вторая

- Если бы Людвиг не получил от лорда ван Отто поддержку во время обдумывания своей идеи отправиться в глупое странствие или же если бы тот отвернулся от него после заключения брака, то кто знает, я не думаю, что он бы проявлял своё упрямство так рьяно. Поэтому понимаете? Ему достаточно одобрения этого человека. Одобрения Сириуса ван Отто, а не нашей семьи. И если в нынешней ситуации из уст такого заядлого холостяка, как он, мой брат услышит, что лучше ссылка нежели союз…

Шарлотта многозначительно замолчала, но миледи Ванесса понимающе кивнула.

- Я сообщу ему о другом. Например, что речь касается наследства. Быть может, даже того последнего завещания, что я пока не успела сжечь.

- Да, так будет лучше.

После этих слов миледи Ванесса, украдкой утирая слёзы, всё же покинула храм. Она даже оплакать мужа толком не смогла, так как знала, что он этого не оценил бы. Ему никогда не была нужна её любовь, но им обоим был нужен крошка Людвиг.

«Теперь только мне заботится о тебе. И ах, как бы я хотела справиться, солнышко!» - мысленно обратилась женщина к бедовому пасынку и непроизвольно ускорила шаг.

***

А Людвиг тем временем ступал по улицам Барговерца и можно было бы написать, что шагал он безмятежно, но это было не так. Пусть его отнюдь не тревожило неизвестное для него указание Его величества, однако других забот его мысли были полны и самой горькой из них оказалось осознание собственного идеализма.

Думая про поиск мальчиков в Барговерце, Людвиг представлял себе, как пройдёт по мостовым и через час-два непременно увидит пасынков.

Но солнце уже давно перевалило за полдень, а никого похожего на Виталия и Виктора он не встретил. Это заставило мужчину встревожиться и предпринять попытку найти другое решение.

«Что делать?» - раз за разом думал он.

Наконец, думы подвели Людвига к попытке розыска через приюты. Он посетил все три этих заведения и лично посмотрел в лицо каждому ребёнку, чтобы убедиться наверняка. Увы, надежда оказалась ложной. Ему пришлось возвратиться в гостиницу ни с чем, и состояние при этом он испытывал ужасное.

Людвига трясло от собственной беспомощности. Гордый маг по прозвищу Пламенный на деле оказался пустышкой. Всего лишь игрой воображения!

- Прости, Мари. И ты, отец, прости меня, хотя я знаю - ты бы сказал, что мне нет прощения, - горячо прошептал Людвиг, с тоской глядя через окно на огни ночного города и полное звёзд небо.

С не меньшей тоской на одну из звёздочек смотрел через крошечное подвальное окошко Виталик Верфайер.