Вувер

А ветер рванул у меня топор с такой силой, что я двумя руками едва его удержал.

ТОПОР!

Вот я дебил, у меня же есть топор!

Если на Саню напало это же существо, то топора-то оно испугалось!

Подчиняясь вспышке озарения, я выгадал короткий миг тишины между порывами ветра. А потом рванулся вперёд, и, рубанув со всего маху, всадил топор в тёмный центр вихря.

В замах и удар я вложил всё движение тела, всю злость и страх за свою жизнь и жизнь девчонки.

Почему-то я думал, что топор пройдёт сквозь смерч.

Но нет, он вошёл во что-то мягкое и податливое по самую бородку . В нос ударили вонь разлагающейся плоти и почему-то — запах горящей травы.

Вихревая воронка дёрнулась и задрожала мелкой дрожью. Раздался негодующий вой; этот жуткий звук бил по ушам и, казалось, ввинчивался в самый мозг. Но я выдернул топор, размахнулся, всадил его в вихрь ещё раз и с давлением повёл топор вниз, увеличивая рану.

Вихрь забился в агонии, как выброшенная на берег рыба, и вопил уже непрерывно.

Я лихорадочно дёргал топор, чтобы вытащить его и добить тварь, но лезвие намертво увязло.

В вихре проявились искажённое яростью и страданием лицо старика и длинные руки. Скрюченные пальцы рванулись ко мне, и я не успел уклониться. Призрачные руки схватили меня за горло и стали душить.

Я задёргался и стал отдирать от горла чужие пальцы. Но проще было б согнуть стальную рельсу — потустороннее существо было куда сильней меня. Лёгкие горели огнём, глаза лезли из орбит.

Уже теряя сознание, я со всей силы ударил кулаком по топору, загоняя его ещё глубже в центр вихря.

Остатки воздуха вышли из груди. Сознание моё погасло.

…Не знаю, сколько я пребывал в беспамятстве и тьме. Первым из чувств вернулся слух. Я услышал, что рядом со мной кто-то горько плакал.

Потом подключилось зрение. Перед закрытыми веками заплясали цветные пятна.

А потом вернулось ощущение тела. Я понял, что мне холодно, я лежу на чём-то влажном и холодном, и мне очень неудобно.

Застонав, я сел, открыл глаза и огляделся. Так, я на кладбище, в дальнем секторе, на тропинке между могилами. Рядом со мной прямо на земле сидела девчонка и плакала навзрыд. В руках она держала мой налобный фонарик, и он светился. Чуть поодаль валялся топор.

ТОПОР?!

Я подскочил на месте. А где вихряное чудище с лицом Анатолия-Томая, чтоб ему пусто было?!

С кряхтением я встал. Девчонка перестала рыдать и уставилась на меня с надеждой и страхом.