Вувер

Кто такой, зачем на кладбище потащился.

— Да я не помню… Мы у Лысого сидели. Трёхэтажку розовую на Барбюса знаешь? Вот там.

Я кивнул. Этот дом, да и весь райончик имели весьма дурную славу.

— Мы сидели у Лысого на хате, пили… Боцман ещё самогона принёс. А потом плохо помню. Шли мы куда-то, девки смеялись… Потом лезли через забор, я штаниной зацепился. А потом иду по темноте, вижу, вдалеке огонёк горит. Я пошёл на свет, а мимо смерч летит.

— Какой ещё смерч?

— Ну, вихрь такой, воронкой. Как в фильмах американских, только маленький.

А в нём — человеческое лицо!

— Смерч. С лицом. Хорошо, бывает. А чьё лицо?

— А хрен знает! Смерч остановился и превратился в жирного старика с бородой. Стоит он, смотрит, а взгляд такой жуткий!.. Я аж замер.

Тут я невольно вспомнил фото Анатолия-Томая, которого сегодня хоронили. У него тоже взгляд был очень неприятный.

— Ну, а потом что было?

— А потом он засмеялся и кааак прыгнет мне на плечи! Уселся и говорит: “Вези меня домой”. И стал меня гонять, как лошадь.

Тяжёлый, падла! И хохочет страшно так. И с каждым шагом тяжелее становится. Всё, думаю, сейчас упаду и сдохну. А он меня за уши дёргает, типа направляет!

— Надо же, — иронично сказал я.

— Да я не вру! Он увидел, что окна в сторожке светятся, погнал меня и говорит: “Там ещё один! Щас повеселимся!”. А ты вышел, он топор увидел и всё, исчез.

Саня явно верил в ту чушь, что нёс. А я улыбался и думал, что надо записывать интересные рассказы наркоманов и сумасшедших, которые я слышал за время работы сторожем.

Книгу потом на пенсии напишу.

— Так, Саня, — сказал я. — Ты очухался?

Парень прислушался к себе и неуверенно кивнул.

— Ну тогда вставай, отряхивайся. Пить хочешь?

— Ага! А у тебя пожрать чего-нибудь есть?

— Я тебе не ночной ресторан! Ладно, подожди, придумаю что-нибудь.

Я захлопнул дверь. Нашёл в сторожке на полке одноразовый стаканчик, налил воды. Потом положил на кусок хлеба котлету и вынес всё Сане.

Жадно чавкая, он съел бутерброд, запил его и спросил:

— Как мне теперь домой попасть?

— Как-как, ножками.

Пошли, я тебя с кладбища на трассу выведу. А там жди утреннего транспорта, а лучше иди пешком до города, так не замёрзнешь. По дороге и по указателям не заблудишься.

— А может, я тут у тебя переночую?

— Имей совесть! — разозлился я. — Я не нянька, с каждым торчком цацкаться. Сейчас вызову охрану, приедут дяди с дубинками, им про злого старика в смерче расскажи.

— Ладно, — сник Саня. — Показывай, где выход.