Лиса выходит из развалин

Может, по этой причине горные лисицы были особо рьяными хищниками - в деревнях их не особо жаловали, ибо прибегавшие на равнины рыжики разоряли курятники как нечего делать…

«Странно, что именно эта лисица на портрете в церкви!».

Да и весь интерьер говорил о том, что здесь, помимо Святой Катри (о которой напоминал разве что единственный, но зато на всю стену, портрет молодой темноволосой женщины, одетой в светлое платье) и Всеединого Бога, присутствует Культ Лисы. Ован, разумеется, был наслышан об этом поклонении, которое вроде бы и не вписывалось в каноны всеобщей лаврентелльской религии, но успешно их дополняло, как бы намекая, что братья наши меньшие заслуживают особенного внимания… Да и святых со священными вещами присутствовало в жизни мира столько, что можно не то что сбиться со счету – заблудиться в нем… Как говорил один из покойных приятелей Ована, «либо посвящать религиозным делам всю свою жизнь, либо забыть про них и лишний раз не вспоминать».

«Одни неверующие вокруг собирались…».

Народ тем временем расположился на удобных лавочках – видимо, на местных богослужениях необязательно было стоять. Мимо проходили служительницы Культа Лисы – именно служительницы, поскольку Лиса считалась скорее женской покровительницей (что не мешало многим мужчинам носить кулоны в форме лисьей головы на шее вместе с традиционным крестом – Ован это понял, лишь присмотревшись к собравшимся). Девушки в бело-оранжевых одеяниях, склонив головы, тихо переговаривались меж собой, неся то свечи, то молитвенник, то другие необходимые атрибуты для богослужения – Ован не особо разбирался в этом деле…

И, видимо, это поняли и сами служительницы – одна из них легонько дернула парня за рукав рубахи:

- Простите, Вы у нас впервые?

Ован взглянул на незнакомку – она была настолько крохотной ростом, что парень смотрелся на ее фоне почти с косую сажень.

Светлые волосы были заплетены в строгую косу, в глазах смешались интерес и страх, губы заметно подрагивали… «Ты чего боишься?» - удивился парень, как вовремя одернул себя – как он мог забыть, что служительницам подобных культов до поры до времени не приветствуется близко общаться с мужчинами…

«Пережиток прошлого, чтоб его…».

- Да, я… Да, в Даниславе первый день, - сглотнув слюну, произнес Ован.

- Я говорю не только про город… Когда Вы были в последний раз в церкви?

- Давно, - не стал уточнять парень.

- Это видно, - кивнула юная служительница. – Вас окружает черный свет.