Пекулярные советники

— Часть деньгами отдала, часть натурой – заказала у гнома гарнитур для этой внучки. Теперь осталось только понять – зачем я всё это купила?

— Кое-что, между прочим, – неплохой антиквариат, который сейчас в моде, причём, как ни странно, в Европе, — Лена быстро отложила в сторону несколько крупных украшений с красными камнями. — Но это надо ещё с Дашей посоветоваться.

— Лен, а можно мы с Лизой посмотрим? — умоляющим тоном спросила Полина.

— Конечно, только давайте уж все вместе! Звони Лизе, а я Дашу приглашу, — Инесса достала телефон.

Лиза возникла в комнате уже через несколько минут, и следом за ней – Яна:

— Можно мы сначала зарисуем? — девочка держала наготове этюдник.

— Вы сделайте несколько набросков и потом сфотографируйте, — предложила Лена. — Написать законченную картину – это долго.

— Да, я только общее впечатление пока передам, — согласилась Яна. — «Не бархат мне, а синь его нужна, не золото, а блеск его тревожный»[1].

— Ма шер Жанин, это же советские деньги? — сообразила в этот момент Лиза, которую почему-то больше заинтересовали не украшения, а банкноты, тогда как золото увлечённо перебирала Крилла.

— И мы с Антоном! — подхватила Полина.

— Только не одни, — возразила Даша, которая тоже успела присоединиться к компании. — Вам – весёлая прогулка под дождём, а я так перепугалась, когда Олечка непонятно куда делась! И даже не со мной – нужен именно человек, живший в том времени.

— Нууу… — обе девочки моментально надулись.

— Эртеллус – дружелюбный магический мир, а Советский Союз семидесятых годов – своеобразное и довольно закрытое общество. Туда я бы даже Олю взять не рискнула, не то что Лань! Да и сама не пошла бы одна.

— Артура попросите, — отозвалась Яна, не поворачивая головы от этюдника.

— Вот вам – лучше бы не с Артуром, — задумалась Первая ученица. — А Ната пока не может надолго отлучиться. Кто же тогда?..

— Тётя Юля! — хором выпалили девочки.

* * *

— Давайте сначала определимся, в какое точно время идём, — сказал Виктор. — Семьдесят первый год Артур в тот раз выбрал только затем, чтобы случайно не встретиться с самим собой, но Юле всё равно уже было семь лет.

— В семь лет я точно в Москве не бывала, — вспомнила Юлия Владимировна. — Можно, конечно, для верности и в шестьдесят третий, но тогда вообще очень бедно жили. Семьдесят первый – в самый раз, только в Ростове появляться не надо.

— Нет, конечно.