Пекулярные советники

— Какими судьбами? Сподобил же Аллах нас с тобой на старости лет – прислал пери, чтобы мы встретились!

— Салам, Берды! — берейтор осторожно стиснул в объятиях старого друга. — Ну не мог же я не присоединиться к моей ученице, когда она отправилась навестить тебя!

— Ученица?! — коневод удивлённо посмотрел на Ларису. — Девушка – твоя ученица? Я же знаю – ты никогда не разбрасывался этим высоким словом.

— Да, как и словом «друг», — серьёзно кивнул Николай Иванович. — Но Лариса – действительно моя ученица и мой друг.

— Твои друзья – мои друзья! Скажи мне только одно: все три девы – пери?

— Да, — Николай Иванович перешёл на русский – до этого мужчины говорили по-туркменски.

— Алина – фея Воды, как и Лариса. Мария – Лесная Сестра, фея-целительница. А это Геннадий, мой коллега.

— Целительница, значит? Что ж, принять помощь от пери – не харам, это ведь не джинны! Меня зовут Берды Чарыярович, да вы, наверное, знаете уже. Прошу, — туркмен пригласил гостей в дом.

— Уважаемый, вы позволите мне посмотреть вас? — спросила Маша через полчаса неторопливого чаепития.

— Лариса сказала, что у вас был инсульт, правильно?

— Да, Мария, — Берды Чарыярович тяжело поднялся и прошёл вместе с Лесной Сестрой в соседнюю комнату, оставив с гостями только своего сына Гочмурада. — Мне лучше сесть или лечь? — он показал на стопку кошм.

— Лучше лягте, чтобы меньше напрягаться, — Маша положила руки с кольцами на голову вытянувшегося на кошмах коневода. Вот он – поражённый участок мозга! Не очень обширный, но левая сторона функционирует кое-как, и это надо поправить.

Чуть прикрыв глаза, Лесная Сестра принялась сплетать порванные нити, что заняло у неё порядка десяти минут – случай оказался сложнее, чем ей исходно представлялось, и руки всё время теряли равновесие.

— Берды Чарыярович, как вы себя чувствуете? — опустошённо выдохнула она, завершив исцеление. — Можете поднять левую руку?

— Сейчас попробую, — коневод медленно встал и развёл руки в стороны. — Альхамдули’ллахи рабби-ль-’алямин! Всё получается! Благодарю тебя, Мария! Прости, но я должен вознести хвалу Всевышнему, — он с нарочитой неторопливостью развернул молитвенный коврик.

— Конечно, уважаемый, — Маша вышла из комнаты, возвращаясь к остальным гостям.

— Отец?.. — тревожно вскинулся навстречу ей Гочмурад.

— С вашим отцом всё хорошо, — солнечно улыбнулась Лесная Сестра. — Он сказал, что должен помолиться, и просил подождать его.

— Спасибо, Мария! — мужчина ненадолго замолчал, тоже произнося про себя молитву.