Око Волка

Помахивая дубинками, угрюмые офицеры задержали взгляды на детективах, и, перебросившись парой слов друг с другом, пошли дальше.

– Скоро они вернутся, чтобы спросить у нас документы, – сказал Джон, смотря полицейским в след. – Пойдем, нечего тут стоять. 

Внутри отель оказался еще вычурней, чем с фасада. Листья золотого плюща, словно языки пламени, облизывали стены огромного зала, с потолка свисали хрустальные люстры, кругом зеркала, зеркала… Вдоль стен стояли замысловатые диваны, кресла, тахты, кофейные столики со стеклянными столешницами, пальмы в больших мраморных кадушках.

И во всем этом великолепии не было ни души, кроме метрдотеля, ставшего за стойкой «ресепшена». Крепкий статный мужчина средних лет, облаченный в черный фрак с галстуком-бабочкой, что-то методично вбивал в компьютер и не обращал внимания на вошедших. 

Джон закурил сигарету и подошел к метрдотелю.

– Красиво у вас тут, – сказал он, облокотившись на стойку.

– Восемнадцатый век, – ответил тот хорошо поставленным и приятным баритоном. – Мастер – Илья Божинский. Мебель специально по заказу царицы Елизаветы Петровны Романовой, красный дуб и индийский шелк. Отделка мастера Кирилла Богемного, инкрустация золотом, римским фарфором. У нас не курят, – все это метрдотель пропел на одном дыхании, даже не подняв головы. 

– Думаю, нам можно, – ответил Эд, показав удостоверение ФСБ.

– Нет, нельзя, – метрдотель так и не оторвал взгляд от монитора. 

– А если хорошо подумать? – Джон достал из внутреннего кармана карточку-пропуск, что выдал Бони.

Метрдотель поднял глаза, такие же черные, как и его фрак. Изучив карточку, перевел взгляд на Эда, проследил за его неловкими манипуляциями с удостоверением и такой же картой, а когда Эд показал, то долго ее читал.

– Очевидно, риск вам не мешает, – наконец сказал он, опуская глаза к монитору. 

Черный длинный хвост со стрелкой на конце сначала змейкой поднялся к плечу метрдотеля, потом протянулся к шкафчику, что висел на стене.

– С момента, как вы войдете в клуб, отель «Тысяча девятьсот семнадцатый» не несет ответственность за безопасность ваших жизней. В клубе вы окажетесь одни, и даже Господь не услышит ваших молитв, – снова уставившись в монитор, метрдотель показал хвостом на роскошную боковую лестницу.