Око Волка

На этих шестах в несколько рядов в высоту, будто волнами, крутились стриптизерши из рода упырих. Почти голые, в цепях, скованных с шестом, они гнули свои тела вокруг него, то вливаясь в один общий танец, то разбиваясь на разные осколки движений. Вокруг подиума стояли резные столы из красного дуба, какие были в холле отеля, покрытые красным бархатом, с различной экзотической снедью. Вокруг столов сидели разного пошиба и калибра вампиры – и старики, и почти дети; и одетые в костюмы, и грязные панки; голые мужики и девицы, и разодетые в соболя дамы с утонченными господами.

Столы стояли до самых воображаемых стен, вдоль которых располагались приватные ложа, все с той же мебелью и публикой за ними. А вверх уходили многие и многие ярусы таких же лож и столов. Вокруг суетились официанты и официантки в белой чистой униформе, и деловито разносили еду, питье, кажется наркотики, провожали гостей в дальние залы, усаживали новых, приходивших из других коридоров. Вокруг стоял шум, гам, оглушала музыка, похожая на ритм сердца. Кругом витал приятный алый туман, и светился багрянец. 

Джон и Эд переступили порог заведения, и дверь за ними закрылась. Поначалу на вошедших не обращали никакого внимания. Но вот сидящий ближе всех молодой вампир, выглядящий как взятый из подворотни бездомный, повернулся к ним, оглядел с ног до головы, потом отвернулся, чтобы сказать своему соседу по столу, и снова уставился на детективов. 

– Ну, пошла о нас весть, – шепнул Джон и двинулся вдоль столов.

 

Шум ничуть не утих, но сидящие в зале вампиры, все без исключения, стали наблюдать за волками. Эд это чувствовал, ловил взгляды. Он слышал, как бьются сердца у некоторых из них. Это плохо, очень плохо. Если у вампира бьется сердце, значит, он пресытился человеческой кровью, и сейчас больше всего похож на живого. Некоторые начали вставать и уходить из зала, кто-то подвигался ближе. За спинами застывших официантов и в тени второго яруса стали мелькать силуэты – охрана клуба.

Джон вышел на середину зала, огляделся. Эд, вставший рядом, посмотрел на стриптизерш. Вампирши, не обращая на них никакого внимания, продолжали выписывать телами фигуры. Джон закурил, и к запаху крови примешался сигаретный дым. Вампиры не курят. По сути, им даже дышать не надо. 

– Как же так? – раздался голос из-за спин официантов. Он заглушил рев музыки и шум соседних залов.