Корпус Вотана (Недомаг-мажор)

Для этого требовалось набрать в бутылки горячую воду и сложить их под одеяло и периодически обновлять, пока сержант, наконец, не ляжет спать. А так как сержанты ложились позже остальных кадет, сокращалось и время сна для серва.

Как правило, отношения между мастером и сервом были вполне товарищескими. Жестокое обращение с сервом не одобрялось, но и не осуждалось.

В первую субботу после присяги в роту первокурсников приходили “покупатели”, ранее ознакомившиеся с личными делами кадет и сделавшие выбор. Покупатель выкрикивал имя первокурсника и давал подошедшему символическую пощечину.

С этого момента серв поступал в распоряжение мастера.

Ярослав недовольно поморщился, когда прозвучала команда “Рота, стройся”. По телевизору показывали интереснейший сериал “Идеальное убийство”, где в каждой серии шла трудная борьба между изощренностью преступника и интеллектом следователя. Ярослав даже блокнот приготовил, чтобы записывать допущенные убийцей ошибки. Вдруг пригодится?

Что сейчас должно произойти, Ярослав прекрасно знал и был спокоен.

Ну кто в здравом уме выберет его сервом? Спокойны были и братья Матвейчевы. Валерия оставил себе Смирнов, так как Валерий был командиром отделения. Его брата Тимофея взял сержант второго взвода Глеб Десятов.

- Иван Архипов! - Выкрикнул второкурсник с лысой головой и бычей шеей. Пастухов - заместитель командира второго взвода. Его лоснящаяся морда постоянно светилась на табло “Наши чемпионы” в разделе борьбы.

Ярослава словно током ударило.

Он уже привык считать Архипова своим человеком. Можно сказать, оруженосцем.

От пощечины мастера голова Архипова откинулась назад. Кадет схватился за щеку, но мгновенно сориентировался и встал по стойке “смирно”.

- Ярослав Вотан!

В роте повисла абсолютная тишина. Ярослав помотал головой, проверяя, не послышалось ли ему.

- Ярослав Вотан! - Повторил Бакуничев.

От злости у Ярослава желчь выплеснулась в пищевод. На негнущихся ногах он подошел к своему врагу.

- Думаешь, я позволю себя ударить?! - Тихо спросил он Бакуничева.

- Позволишь, - улыбнулся Бакуничев и сделал знак Пастухову. - Или твоему товарищу будет очень больно.

Пастухов схватил Архипова за волосы и потянул вверх. Силищи в нем было столько, что ноги несчастного серва оторвались от пола.

- Что, Вотан? Мы навсегда в ответе за тех, кого приручили или как?

- Я тебя убью. - Пообещал Ярослав и зажмурился, подставляя щеку.

Но Бакуничев едва коснулся ее ладонью.