Волшебные подплечники

— А кто только что твердил мне про кровь понарошку?

Соланж нахохлилась и замолчала, не зная, чем доказать свою правоту.

— Крушение сюжета для тех, кто внутри, равносильно концу света.

— Ты что ли пробовала?

Пришла пора Хлое помолчать, соображая, что можно сказать этому крикливому и надоедливому птенцу.

— Я странствую давно. Я — ненаписанный персонаж несостоявшегося романа. Я сбежала от небытия в другие книги, и я много где побывала.

Пауза.

Соланж явно пребывала в настроении, когда ссылки на возраст и опыт прошлых жизней просто не работают.

Все, что кажется разумным ей, Хлое, подростком будет сочтено за нудную и никому не нужную дидактику.

— Есть очень много книг.

— Нну?

— Чем дольше ты блуждаешь по Межстраничью, чем большему числу историй ты свидетель, тем вернее ты понимаешь, что не все они написаны так, чтобы добрым людям в их стенах-обложках было хорошо. Во многих из них с людьми — и с детьми! — творят то, что не должно происходить ни со взрослыми, ни с детьми. Есть множество читателей, кто предпочитает их понарошковую кровь их же понарошковому счастью.

— Я не из тех, — это прозвучало угрюмо. — Иной раз лучше вообще не читать, чем читать и не мочь ничего сделать. Были бы все в мире книги о победе добра над злом, так, верно, в мире было бы и получше, и почище. В смысле, вообще!

— Да кому ты говоришь!

— А, ну да, извини. Но тогда ты лучше других меня понимаешь.

— Ты можешь что-то сделать там лишь будучи существом из плоти и крови. Персонажем.

— Ну, — Соланж казалась слегка сбитой с толку.

— Пусть. Могу же я быть персонажем, про который у автора ничего не написано? Кому протянешь руку, кому подставишь ногу...

— Быть персонажем, — пояснила Хлое невыразительным тусклым голосом, — это значит утратить объемлющий взгляд на сюжет. Никакой внешней информации, и ты не знаешь, кто плох, кто хорош, кто интригует, а кто нуждается в помощи. Ты испытываешь нужду, голод и муки совести, и они диктуют тебе поступки неумолимее, чем симпатия и сострадание к тем, кому ты хотела бы помочь, когда смотрела на них со стороны, и тебе были ясны их мотивы и движения души.

И кстати о совести.

— Совесть и требует от меня не стоять в стороне равнодушно!

— Фанфиковы Посады полны продуктов такого неравнодушия. Я открывала двери во многие книги. Я видела, — Хлое мечтательно улыбнулась, — как отплывали в океан эскадры морских сериалов. Я видела, как люди своими руками делают войну — войной, и сами же ей ужасаются.