Жизнь на кончике пера

Снова поставить всё на накатанные рельсы. Жизнь похожа на детские качели - то вверх, то вниз.

Главное - поднять каплю зуда из глубин души. Усилить, вернуть часть памяти. Для пущего эффекта завернуть это в непреодолимое желание писать. Сюжет уже готов - твоя же собственная история. О, она увлечёт за собой до самого своего начала.

Можно, даже, слегка поиграть - удерживать руку от последней строки, добавлять всякий день по предложению, слову, запятой.

Нет! Так не бывает!

Он - часть истории! Его мир - мир не разобравшийся в физике.

Ну нет там небоскрёбов и компьютеров! Книги, стекло - да. Мобильные телефоны - нет!

Это он выдумка! Он, а не Артур! Обычный человек. С обычной жизнью. С альбомами фотографии. С дипломами и воспоминаниями.

Мир колдуна можно выдумать - он уже есть в истории. Этот, мир, Артура, колдуну выдумать не под силу - он просто не знает о многих вещах.

Закончить рассказ! Вот что надо сделать!

Тогда всё отпустит. Надо же - так увлечься. Настолько погрузиться в собственную выдумку. Пожалуй, даже хорошо, что жизнь сложилась именно так.

Будь иначе, разрастись этот зуд, что гуляет внутри души, раньше - до сегодняшнего дня мало бы осталось от настоящего Артура.

Пластиковая ручка переломилась под нажимом большого пальца. С тихим стуком, её часть ударилась об стол - раз, другой, попробовала катиться и замерла, упёршись в столешницу колпачком.

А ведь это оказалось важным - именно писать историю. Вот так, по старинке, ручкой на бумаге.

На стол грохнулся старый альбом. От его твёрдых, успевших истрепаться на краях, корешков поднялись облачка пыли.

Прежде чем последняя точка станет на своё место, надо пройтись по старым фото. Впервые за более чем пятнадцать лет.

В памяти оживают лица. Отец, мать, дедушка, бабушка. По линии отца только фото - с его родственниками встретиться вживую так и не довелось.

Назад, назад, к твёрдым фотокарточкам. Эта, слишком просто - подписанная. Здесь уже ничего не разобрать - слишком истрепалась. Осталась от отца, точно, он любил доставать её. От того она в таком состоянии.

Вот, подходящая. Про неё бабушка рассказывала, называла каждого, из четверых мужчин.

Ну же! Всего делов-то - вспомнить. Взгляд переходит с одного лица на другое, цепляется за знакомые приметы. В голове вертятся идеально подходящие имена для них. Жаль, ни одного из тех, что называла бабушка, среди них нет.

А как звали бабушку? Елена Артуровна - в честь прадеда назван внук. Правда, иногда её называли Хельга. Семья матери имела немецкие корни.