Дьявол Адской Кухни

Чего у него не отнять, так это способность заводить друзей. Всегда знал что сказать, чтобы понравиться. Только гнилой он человек. Школьной короны ему всегда было мало. Ему нужна была власть, а для неё нужны деньги.

Хм. Ощущаю в этих словах философию Риголетто. Философию бандитизма.

— Перед училками Уилли носил учебники и робко здоровался. На школьном дворе появлялся Амбал и собирал дань за крышевание. И я был в его банде, — Боец сжал кулаки. — Амбал красиво говорил, что мы одна семья. Стоит одного тронуть и прилетит ответка от всех.

Мы хотели за ним идти. К старшим классам ему стало мало школьной дани, предложил ограбить бар. Узнал, что там перед закрытием смотрели футбол половина района, значит касса большая. И я соблазнился. Мэтт…

— Идти в криминал – глупо, — говорю на опережение. — Быстрые, но опасные деньги. Намного лучше получить профессию. И заработок будет выше, и никакой тюрьмы.

— Молодец, — похлопал меня по плечу. — Мы с Уилли выбили дверь, но оказалось, что бармен ночевал там. Выхватил ружьё, погнался за нами.

Уилли всегда был сильным, но медленным. Он не мог убежать, поэтому толкнул меня. Удрал пока бармен тыкал ружьём мне в лицо. Такой он мне дерьмовый друг. И свои приветы он может засунуть в жопу.

— Что с тобой было потом?

— Разоблачение. Бармен сорвал маску, хотел вызвать копов, а я упросил сделать звонок. Батя не ответил, он дрых после завода. Приехал только тренер. Договорился за меня – тупого барана. Вместо вызова копов я полгода бесплатно мыл бар каждый вечер. Повезло легко отделаться.

— Повезло тебе с мистером Салливаном. Нужно будет его пригласить на ужин.

— Только если готовишь ты, — усмехнулся добрый великан. — За что сам не возьмусь, всегда получается яичница с беконом.

— А что Фиск?

— Вступил в мафиозную семью, начал быстро расти по карьерной лестнице. Лет через десять после выпускного его видели на Манхэттене, а потом пропал. Мы думали, что сдох в бандитских разборках, а он, оказывается, к япошкам перебрался. Живучая гнида.

Остаток пути мы ехали молча.

Двоякое ощущение после разговора. Я конечно знал, что Фиск тот ещё злодей, история отца для меня ничего нового не открыла. Но на личной встрече он показался мне остепенившимся человеком. Ему же лучше не возвращаться в Нью-Йорк, ведь в случае конфликта, я не буду как в каноне размазывать схватку на десятилетия.

Автобус привёз нас не домой, а в АОС.

Я притворился, что не заметил. Изобразил удивление, когда меня начали поздравлять на вечеринке в мою честь.