Дьявол Адской Кухни

Никого уже не удивить нашими отношениями.

Ощущая её запах и слушая сердцебиение, меня тянет на романтическое и безумное.

— Как насчёт, сделать что-то только для нас двоих, — шепчу ей на ушко. — что-то особенное, что-то незаконное?

— Хо-хо, мистер Мёрдок, неужели вы пытаетесь втянуть меня в криминал? — слова её полны возмущения, но от моего слуха не скрылся энтузиазм. — Что делаем?

— Проникнем в кабинет музыки. Я слышал, что смежная дверь, как и в общий зал, никогда не запирается.

Конечно же я ничего не слышал, а в настоящее время прощупал изнутри замочную скважину.

— Отличная идея, Мэтт. Давно хотела попробовать сыграть на барабанах!

Непоседливая девочка не могла упустить возможность немного похулиганить.

Вернуться назад было просто – всего лишь проскочить под носом у секретаря, что так удачно отошёл в туалет. Когда по коридору из-за угла к нам шёл сотрудник АОС, я чуть не дёрнул лисичку затормозить, но обошлось – сотрудник изменил маршрут.

Мы в кабинете, окружённые нотами и музыкой, без учительницы, свободны делать, что душе угодно.

— Мэтт, а ты можешь сыграть Рахманинова?

— Я только прохожу обучение. Это сложно, могу ошибиться в процессе.

— Очень жаль. Ты бы сыграл только для меня, а я бы только для тебя станцевала.

— Танец для слепого?

— Самое лучшее и красивое в мире нельзя увидеть или даже потрогать. Но можно прочувствовать сердцем. Такова идея балета.

— Пожалуйста, сделай это, — занимаю место за фортепиано. — Я хочу почувствовать тебя.

Музыка Рахманинова выходит из под моих пальцев. Наташа сняла кеды, на одних носочках начала танцевать. Показала мне пьесу, танец в три акта.

Каждое движение идеальное. Наблюдая, понимаю, что балет для неё, как для меня музыка – больше, чем хобби. Это страстная любовница, к которой всегда хочется вернуться.

В этот момент, совершая очередной пируэт, она казалась самой счастливой на свете.

Я чувствую. Чувствую сердцем этот танец и балерину.

Наташа – будто мечтающая девочка, которую всю жизнь запирали в комнате.

И только я подумал, что начал её понимать, как музыка закончилась, а вместе с ней и танец жизни.

Радость на её лице сменилась грустью, когда заметила на столике журнал.

— Сегодня уже новый выпуск, — открыла журнал. — Жаль, что время так быстро летит.

Не знаю, что она там вычитала, но такое ощущение, что сию минуту тяжёлый груз ответственности упал на её плечи.