Дьявол Адской Кухни

Лучше сэкономить сто тысяч для оплаты обучения в университете. До этого момента я смогу сам о себе позаботиться и освоить школьную программу. Верь в меня, отец.

— Верю, чемпион, — добрая улыбка и большая рука взъерошила мои волосы. — Ты всегда умел учиться в отличие от своего старика. Мозгами пошёл в маму.

— Кстати, может расскажешь о ней?

— Она умерла, — вмиг посмурнел великан. — Больше не спрашивай.

Ох, уж эти ирландские страсти! Ладно, пока не буду лезть в трудные отношения мистера и миссис Мёрдок. Но другой вопрос надо решить уже сейчас.

— Пап, ты не думал сменить профессию?

— А что не так с боксом? — Джек почесал затылок. — Мне нравится на ринге. Твой старик ещё не такой древний, чтобы не успевать за молодыми!

Снисходительно улыбаюсь. Я же до сих пор “не знаю” чем он зарабатывает на жизнь. А ведь даже в каноне Мэтт точно знал, что отец помимо дешёвого бокса, которого не хватает на оплату аренды, вынужден подрабатывать в криминале. Не регулярно и без жести, но к концу месяца брал заказы у местного босса на выбивание долгов и зубов с неугодных.

Память тела подтверждает. Но все молчат и притворяются, что так надо. Как в старом, но жизненном анекдоте «сюжет Санта Барбары заканчивается за одну серию, если все просто сядут поговорить».

— Я говорю о твоей работе на Риголетто, — рублю правду сплеча. Это так просто с бесстрашием. Не знаю зачем Мэтт в каноне с этим тянул до последнего.

— Откуда ты? — от Джека исходит волна жара, что говорит о вспышке ярости. — Какая крыса рассказала?!

— Пап, я живу в том же районе, что и ты.

В Адской Кухне все знают Риголетто и кто на него работает. Со мной в школе учится сын пекаря, которому ты в прошлом месяце сломал нос.

— И как давно ты знаешь? — в бессилии опустил кулаки. На мне вымещать ярость он не сможет. Он обещал.

— С первого класса. Раньше я не мог придумать выход, но теперь нам дали шанс. Перестань ходить к Риголетто, иначе это плохо закончится. В фильмах и в жизни главари всегда остаются на свободе, а в тюрьму идут подчинённые, — от моих слов ярость Джека усилилась.

Непонятно, на меня, Риголетто или на самого себя. — Тебе больше не надо думать о моём пропитании и где бы найти деньги на аренду. Сконцентрируйся на карьере боксёра. Я видел тебя на ринге, ты можешь выйти на профессиональный уровень, если перестанешь отвлекаться и пить. Пап, ты мне нужен здесь, а не в тюрьме или могиле.

Повисла тягостная тишина. Не тороплю и не стараюсь вставить слово. Джеку нужно прийти в себя.