Солнце моё, взгляни на меня

Внезапно пол под ним провалился, он закричал, несколько секунд балансировал на краю, но потом все-таки упал в тёмный разлом.

- Никак не запомнит, как пишется "Анубис", - равнодушно сказал красавец и закурил сигару. - Можно перейти и через "Ра", но буквы всего две, надо очень далеко прыгать.

Мой взгляд упал на походный стол в тени высокого полевого шатра. Я прошла к столу и подняла с него небольшую серебряную флягу. На дне её что-то плескалось, я, не глядя, вылила остатки на землю.

- Эй! - крикнул археолог.

Я показала ему пустую флягу, достала нож и приложила лезвие к запястью.

- Кровь Ра, - сказала я. - Я - летум-ке, она течет в моих жилах. Я знаю, что она значит для вас. Я наполню и отдам вам эту флягу, если вы взорвете стену в пещере.

Красавец побледнел сквозь загар, задохнулся, облизнул губы.

- Миледи, - сказал он, не сводя глаз с моего ножа. - За такую плату мы вам гору до основания сроем. Подождите всего минуту, я быстро ребят соберу, - и он бросился бежать, придерживая одной рукой шляпу, другой - хлыст на поясе.

- Через "Ра" пошёл, - усмехнулась Янка. - Ну ты даёшь, Тань! Кровь!

И тут же забеспокоилась.

- Слушай, а они не нападут? А то свяжут тебя и будут себе цедить по фляге в день.

Я усмехнулась и перехватила свой тяжелый металлический посох в другую руку.

- Нет, - сказала я самоуверенно, как очень отрадно говорить и чувствовать в шестнадцать лет.

После трёх взрывов пещера стала куда шире, теперь по ней, наверное, можно было проехать на мотоцикле. Всё было покрыто слоем каменной крошки, воздух пах серой. Янка остановилась, дрожа и глядя в полумрак впереди, туда, где нить её жизни завязывалась узелком с жизнью другого.

Я шагнула к ней и взяла её ладонь своей забинтованной рукой.

- И если есть порох, дай огня, - тихо сказала я.

- Вот так, - эхом откликнулась Яна. - Вот так.

Рука в руке мы вошли в пещеру убийцы.

Мой фонарик лежал на полу, я подняла его и пошла рассматривать картинки на стене. Снимков было много, они были чёрно-белые, в старинных рамках, на которых белели таблички с подписями.

"Мои разлюбезныя супруга и дочь" - строгая женщина с высокой прической сидела на стуле рядом с девочкой-подростком примерно Янкиного возраста. Девочка мрачно смотрела в объектив. Я замерла. Я узнала её, несмотря на странную прическу и платье.