Тёмная ночь

- Но это же… противоречит! - сказал Коля горячо.

- Чему противоречит, сын?

- Коммунизму! Хотя нет, не коммунизму. А научному материализму!

- Ну как то, что объективно существует, может чему-нибудь противоречить, а, Коль? Это какие-то мысленные построения могут быть или не быть правдой. А то, что можно видеть, слышать, осязать - просто есть… - сказал папа, а мама перебила его.

- Вот поэтому - именно поэтому - мы вас и просили держать язык за зубами! Чтобы никто не знал, что мы противоречим. Я-то уж насмотрелась за последние двадцать лет, что с противоречивыми случается…

Она поднялась, открыла дверцу шкафа и налила себе в стакан коньяку из бутылки, которая там уже год стояла почти нетронутая.

- Ты будешь, Сеня?

Папа помотал головой.

- А как этот летум можно… осязать? - подумал вслух Коля. - Он же просто… дым, ниточки, как маленькие смерчи?

Мамины зубы стукнули о край стакана, а папа тяжело вздохнул.

- Потому что мы - летум-ке, мальчики мои. Это очень древнее слово, означающее “ходящие в смерть”.

Или “по смерти”. Бывают разночтения, - он усмехнулся.

- Воронку можно заставить открыться, - сказала мама. - И войти в неё. А потом открыть изнутри. И выйти. Или не выйти. Там очень опасно. Всё как настоящее, но не настоящее. Едой не наесться, водой не напиться, реальность не удержать, она все время меняется. Есть существа враждебные, жаждущие живой крови. Есть злая магия и опасностей без счета…

- Магия? - сказали Коля и Толя одними губами, поворачиваясь друг к другу.

Коля ждал, что сейчас мама засмеется - как ловко их надурила, пошутив, но мама всё не смеялась, а налила себе еще коньяку и залпом выпила. На лице ее читалось отвращение.

- А тот, за кем ты пришел в смерть, может тебя и не узнать, не вспомнить, - сказала она горько. - Некоторые сразу забывают земную жизнь, меняются страшно…

- В смысле - за кем пришел?

- Ну чья воронка, - пояснил папа, буднично, будто рассказывал, как грибы солить. - В чей летум ты входишь. Новопреставившийся.

- Значит если я зайду в морг, - сказал Толя, сощурившись, - и там на льду будет лежать мёртвый Лёшка Фукин… и над ним будет дым столбом… и через него как-то можно проникнуть в его мертвецкий мир… и там снова будет Лёшка, как живой, только меня может не узнать?

- Примерно так, - согласился папа.

- А как можно пройти в эту воронку? - спросил Коля.

И вот тут мама нервно и совсем невесело рассмеялась.

- Ну нет уж, - сказала она. - Достаточно на сегодня откровений.