Бедовый

Злой, жадный и нелюдимый. Из чухонцев.

— Из кого? — не понял я.

— Ну, из этих, как вы там их кличете, финнов. Его воевода специально из княжества Суомского за какие-то невероятные деньги выкупил.

— Откуда выкупил?! — у меня чуть глаза на лоб не полезли.

— Из княжества. Он, почитай, местному князю подданным был. В наши земли просто так перейти не мог без откупа. Ну, и после всего более в Суоми ни ногой. А нужно воеводе все это потому, что Врановой очень хорошо ихнюю нечисть знал.

— Их, — на автомате поправил я.

— Ихнюю, — Григорий обозначил, что на лингвистические инсинуации не пойдет. — А тут же, сам понимаешь, земли приграничные, нечисть туда-сюда болтается. К примеру, слышал ты про мюлинга? Или молочного зайца? Вот то-то и оно. В Свободной Сибири о таком и представления не имеют. Да что там, даже в Великом княжестве Тверском о подобном не знают.

— Где? — мне почему-то стало не по себе. Нормальный окружающий мир рушился на глазах.

— В Твери. Слышал про город такой или нет? А еще ученый…

— Нет, про город слышал.

Про современное княжество как-то не упоминали. Григорий, прости, а мы-то с тобой где живем?

— Чудак ты, ей-богу. В Новгородских землях. Кто-то тоже княжеством зовет, другие, на старый манер, республикой. А мне все едино.

— Прости, и князь у нас есть?

Бес смерил меня таким взглядом, что мне даже стало стыдно.

— А кто же, по-твоему, воевод назначает за порядком следить? Кто с другими князьями договаривается? Ты меня заболтал, шельма, я же тебе о Врановом рассказывал.

Значит, вызвал его наш воевода из Суоми, да так он здесь и остался. Хозяйка говорила, что его хист как-то с птицами связан. Через них он и силу имеет.

— Может, зря я тогда убежал? Если он местному воеводе служит. А я вроде как рубежник теперь. Один из них.

— Тебе что хозяйка сказала? — сердито спросил бес. — Не соваться. Вот ты и не суйся. И сбежал ведь ты от Вранового не просто так. Хист опасность почувствовал. Он пусть с тобой еще и не сроднился, мало времени слишком прошло, но уже тебя защищает.

— Значит, Врановой хотел меня убить? — у меня похолодело внутри.

— Убить не убить, а добра он тебе не желал. Я и раньше слышал, что Врановой не только на воеводу работает. За серебряную деньгу удавится.

— А на кого он еще может работать?

В ответ бес загадочно пожал плечами и закатил глаза. Мол, кто его вообще знает, этого Вранового.

— Вот еще что, Григорий… — я достал переданные старушкой предметы и развернул на столе.