Кобольды, мы есть!

Металл потёк, преобразуясь в бадью с вытянутыми в верх штырями, в центре бадьи находилось что-то вроде сужающегося к низу конусовидного верда, держащегося нижней частью за выемку на дне и длинными ручками по бокам, это чтобы снять его могли и не маги, задумка вполне себе хорошая, но вот сработает ли?

— Всё, — Крил устало присел, — дальше дело за тобой и другими шаманами.

— Хорошая работа, — кивнул шаману, — полежи, отдохни, — перевёл взгляд на боевых особей, — тотем обратно, а сосуд, — кивок на созданное произведение искусства, — наполнить водой, оттуда же, откуда и тот, — киваю на вполне себе работающий прототип, — воду провести через ткань, не должно быть ни одной лишней частички, — вздохнув, повернул голову к шаманам, не тем, что очищают воду, к другим, более слабым, — ваша задача, довести воду до кипения, но не перегревать, — повернулся к невольным кожевникам, — ваша задача…

Закончил с делами и вернулся к себе, график работы свободный, когда хочешь, тогда спишь, когда хочешь, тогда и работаешь, жаль, но пока нет такой возможности.

Как ни странно, но никаких особо серьёзных проблем не возникало, мне, как и всем остальным, принесли еды в виде жареного мяса и так же жареными грибами, пожалуй, не буду думать о том, чьё это мясо. Лучше подумаю, что ещё нужно сделать.

Наконец посетил грибницу, особенно светлый участок коридора, заполненный светлячками, старыми кобольдами с белой чешуей, поразительно, но ничем другим кроме чешуи они не отличались, кроме стариков тут было особенно много самок, многие, судя по крупным животам, беременные.

Прошёл вдоль грибницы и наконец увидел его, по началу удивился, чего это яйца прикрепили к стенам широкого и неглубокого колодца, а потом понял: кобольды — яйцекладущие, ещё лучше, хорошо хоть половые органы вполне себе человеческие. Уже проверил, по крайней мере, у самцов, у самок то молочных желез нет.

Провожаемый взглядами двух здоровяков, подошёл к самому краю и осмотрел омут, странным показалось только одно яйцо в самом низу и центре.

В золотом ободе и с вложенными в поверхность драгоценными кристалликами. Опустился на одно колено и присмотрелся, опустил руку к самой поверхности и замер, не по своей воле, один из здоровяков поймаю мою руку и я чисто физический не смог бы опустить эту руку даже при всём своём желании.

— Без крайней необходимости, даже вождю запрещено касаться воды омута рождения и приказывать стражам омута, — пояснил он, отпуская мою руку.