Кобольды, мы есть!

Тот поднял с пола камешек, поддержал в руке и поставил на стол и отшагнул назад. Мы оба уставились на камень, секунд пять, я уже разворачиваюсь к шаману, как камень взрывается, без дыма и с грохотом, шрапнель проходится по стенам и потолку, пара дробинок отлетает от чешуи на груди, а одна протыкает глаз, так что удар был не только по моему мировоззрению, но и по нервам.

Дальше я начал говорить и, если убратьматы, звучала эта фраза как-то так

— Машу вать, Крид, чтоб тебя демоны во все … чтоб тебя кони … твоим хвостом … рогами … язык зажарили и … — дальше, когда шок прошёл и началась настоящая боль, культурных слов уже не осталось, я просто упал и схватился за глаз, при этом боясь его даже коснуться.

— Ничего такого, — выдал шаман, когда я успокоился и позволил ему осмотреть мой глаз, — сейчас, — он протянул руку к моему глазу и что-то сделал, левым глазом я видел всё крайне мутно, а правым глазом ничего, так как его держал закрытым, — вот, осколок попал в глаз и застрял внутри, уже вынул, всё будет в порядке.

— Ты мог хотя бы предупредить? — В очередной раз прошипел я.

— Виноват, — если в первые разы он ещё пытался отговориться, то потом просто признал мою правоту.

— Это что, было наполнение камня магией? — Попытался перейти к технической стороне вопроса.

— Да, нестабильный накопитель энергии, если камень разбить или наполнить энергией неподходящую ёмкость, она взорвётся.

Глубоко вздохнул и встал со стола, раненный глаз.

Логично, тот же процесс, что с порохом, резкое одномоментное высвобождение энергии.

Это случилось три дня назад и с тех самых пор я пытался сделать пистолет, если быть точнее, то револьвер с особыми пулями и курком. На глаз наложили какие-то травы и повязку, заживать он и не думал, наоборот, начав гноиться и сильно слезиться.

Сидя у себя в комнате внимательно изучал чертёж светом от собственного глаза, ага, второй, уцелевший, глаз вполне себе работал и начал светиться радужным светом.

Как сказал мне Крил — это проявление магии, если быть точнее, то крайне непонятной стихии, на стандартные попытки контроля, магия поддавалась крайне неохотно, но с каждым разом немного, но лучше.

— Крип, — в третий раз окликнул я помощника, проверяя, все ли деньги на месте.

— Вождь, — голова кобольда заглянула в мою комнату и осветилась радужным светом.