Кобольды, мы есть!

— Сейчас мы максимально боеспособны, арбалетчики, первым рядом, если крысы приблизятся слишком близко, отходим назад, боевики, чуть позади, готовьтесь выдвинуться вперёд, копейщики в середине и позади, шаманы, тоже в центре, надеюсь на этот раз обойдёмся без магии.

Приняв распоряжения, отряд выдвинулся вперёд, я так же двигался в первом ряду, хоть один глаз и подбит, но второй то работает. Крысиное гнездо оказалось странным, словно кто-то прикрепил к стенам и даже потолку глиняные бочки, именно их дыр в этих бочках крысы и вылезали.

Скавены сплошной толпой мчались вперёд, десятками ложась под градом стрел, это была бойня, даже странно, так как отступили крысы лишь потеряв большую часть стаи, странность же заключалась в том, что крысы отступали при любом удобном случае, а тут такая самоотверженность.

— Одо, встань здесь и наклонись, — я указал на место под одной из кувшинов.

Чем-то это напоминает осиное гнездо, так, гнездо.

Встал на спину здоровяка, поднялся и по плечо вошёл в дыру, странного вида полки с какими-то вещами, объедками и главная ценность любой жизни. Услышал, как отступившие крысы запищали, а сам я уставился на мелкий копошащийся комок плоти у меня в руке, чёрные, серые и розовые комки с обрывками шерсти, слепые и без зубов. Сердце загрохотало в груди, дыхание стало тяжёлым. Это же дети, детёныши, невинные и беспомощные, что же я делаю, кем же я становлюсь? Это ведь не игра, где юниты клепаются тысячами из казармы, тут каждое существо — это жизнь, каждый хочет чего-то, боится, любит, верит во что-то.

Каждое живое существо хочет выжить, я тому чёткий пример. Скавены — это такие же разумные, как и люди, кобольды, эльфы и многие другие, в данные момент я с крысами даже ближе, чем с людьми, и что же творю, разрушая чью-то жизнь, чью-то судьбу.

Вернул комок обратно и осмотрел собирающих стрелы кобольдов.

— Возвращаемся, — пошёл обратно, вытащив стрелу из глаза скавена и коротко посмотрев на объятое ужасом, болью и злобой морду, интересно, я бы выглядел так же, если бы мне в глаз воткнули стрелу, — чего не понятно? Возвращаемся! — Рычу на застывших кобольдов.

Отряд зашевелился, закончили со сборами и мы выдвинулись обратно к поверхности, лучше уж пройти по ночной улице, чем по тесным и кишащим жизнью канализациям.