В Пределах Ожидаемого

Сделать столько таких воздействий, сколько нужно, чтобы ресурс истощился, а параметр разрушился или изменился таким образом, что в конечном итоге приведет к развалу Империи. Так же, кстати, можно вычислить нашу ахиллесову пяту и усилить ее.

И он перечисляет, что, по его мнению, можно было бы сделать.

Полковник, периодически окутываясь дымом,  смотрит на Лимбо внимательно и удивленно. Спрашивает насмешливо:

- И вы могли бы это сделать? Ну, рассчитать тот параметр?

- Я могу написать программу, которая рассчитает, определит и найдет то, что нам нужно.

Но понадобятся уточненные данные, закрытые, наверное. И на домашнем компьютере не рассчитать, нужны совсем другие мощности и ресурсы. Как вы понимаете, гораздо большие. Быть может, Суперкомпьютер...

- Знаете что, вы пишите свою программу, а я тем временем подумаю, куда ее пристроить. Кое-что  на примете у меня есть.

- Даже боюсь спрашивать, что такое вы имеете в  виду...

- Вот и не спрашивайте.  Давайте лучше выпьем за нее!

- За удачу!

- И за него.

..

- За успех!

- Нет, за червя!

Они выпили, каждый своего, после чего Лимбо снова увлекся перелистыванием планшета, а когда  поднял от него глаза, полковника за столом уже не было. Как и когда он ушел снова никто не заметил...

Миновал месяц, быть может больше, и они встречаются в баре вновь. Других точек пересечения их жизненных траекторий просто не существует.

Лимбо протягивает Полковнику диск в тонком пластмассовом кожухе. Такие давным-давно никто не использует, но вот Лимбо, почему-то, взял его.

- Что это! - вскинул вопросительно глаза свои цвета булата Тот.

- Вот, скинул вам на болванку. То, о чем мы с вами говорили. Полковник, не делайте вид, что вы ничего не помните!

- Я-то помню...

- Как видите, и я не забыл.

Он кладет диск  перед полковником и, не говоря больше ни слова, возвращается к своему столику. Пока идет обратно, какие-то три-четыре шага, раздражение его нарастает по экспоненте. Месяц работы, месяц работы, думает он.

Псу под хвост! Он садится и резко оглядывается.

Стол, за которым только что зависал в своем наркозе Полковник, пуст.

И столь же стремительно, лавиной с высоты раздражения, на Лимбо обрушивается радость, и удовлетворение, и что-то еще, гораздо более глубокое.

Хорошо, что никто ничего не замечает. Лимбо ниже опускает капюшон пайты и утыкается в свой планшет. Конечно же, он не забыл. Ждал, ждал...

Странная штука, время.