Штука

Отчего-то меня посетило чувство  тоскливой неизбежности – как необходимость плестись в военкомат по повестке. Хотелось возмутиться: «Причем здесь я?!» Но возражать Владыке было еще страшнее. Тут Владыка несколько вышел из образа: он вздохнул. И это было видно даже со дна моего пересохшего колодца. - Мы – слабы, - сказал Владыка. – Слишком слабы. Мы нерешительны. У нас плохо развита интуиция. Мы не можем на равных соперничать с сильными, даже если их мало, а нас – тысячи. Мы сила, пока мы вне мира сильных.

Впрочем, ты знаешь… - Да… - эхом отозвался я. - Нашему Клану может придти конец, - тихо сказал Владыка. – Едва только сильные всерьез воспримут нас как угрозу своему укладу – укладу сильных – нам крышка. Сначала развалят Контур, а потом человечество медленно скатится к тому, с чего начало:  к праву сильного и пожиранию себе подобных… - По-моему, вы сгущаете краски… - пробормотал я. Мне очень не понравилась нарисованная Владыкой картинка.  - Это худший сценарий, - признал Владыка. – Мы не знаем, кто этот чужак. А главное – один ли он, и что он про нас знает. - А что… Владыка легко поднялся, отчего трамплин опасно заиграл под ним, и небрежно ткнул в меня пальцем: - А все остальное должен выяснить ты! Вот те раз! Я аж вскочил со стула. - Но почему именно я?! У вас же есть эти… специалисты! - Они все слабаки. - Но ведь и я слабак! И у меня никакого опыта! Я ничего не знаю! Я боюсь, в конце-концов! - У тебя одно преимущество: тебя легко принимают за анимала.  - Только на короткое время! - Вот и используй это время правильно. Я чуть не задохнулся от возмущения и растерянности. Владыка сложил руки на груди и заговорил быстро и четко, словно отдавая приказ. Наверное, так оно и было. - У тебя будут опытные помощники. Им я доверяю. Больше никто не должен знать о нашем разговоре.  - Даже Держатели, даже Большой Круг? - Они – тем более. Именно поэтому я беседую с тобой здесь. Больше никаких вопросов. Приступай. И ушел. Пару минут я стоял в оцепенении, не в силах ни шевелиться, ни думать. Есть такое выражение: «гора свалилась с плеч». Со мной же произошло обратное – я похоронен рухнувшей на голову скалой… Я вздрогнул.Это, все-таки, не скала. Это сверху упала, раскручиваясь, веревочная лестница.