Влекущий голос безумия

Элизабет наморщила лоб в надежде вспомнить - у кого из их пансиона есть дети. Точно не у соседей по этажу - разве что к ним приехали гости. Она решительно тряхнула головой - полная ерунда.

Хозяйка пансиона делала всё возможное, лишь бы сдавать комнаты одиноким, ну, или бездетным жильцам. Такая у неё была жизненная позиция.

Тогда откуда здесь ребёнок? Отчего-то Элизабет знала - это девочка. Маленькая девочка, возможно ей нет и десяти лет, прячется от темноты в единственном освещенном месте.

Странно, разве ванная комната так далеко по коридору?

Задумавшись над этим, девушка поняла - она медленно шла на звуки рваного, то замолкающего, то звучащего вновь, смеха.

Внутри прочно поселилась желание помочь ребёнку - раз уж рядом нет никого из её семьи. Как только можно оставлять ребёнка без присмотра?

Свет опять изменился. Теперь он двигался, словно в комнате двигали лампу, или свечу.

Точно, свет ведь действительно отличался от привычного электрического.

В тишине раздался еле уловимый треск.

Вспомнился треск жира в духовке, капающий с индейки на раскалённый противень.

Девушке оставалось сделать два шага и войти в комнату. Она открыла рот, чтобы осторожно позвать ребёнка - предупредить его заранее.

Из ванной потянуло жаром. Словно в полыхающую печь подбросили новое сухое полено и огонь жадным языком лизнул дерево, потянулся по нему к рукам человека. Следом крупная тень дугой мелькнула в прямоугольнике света.

Почему Элизабет осталась на месте, а не отшатнулась? В этот момент она думала совсем о другом.

Ей представилась маленькая девочка в платье в горошек с плюшевым медведем, выставленным вперёд на манер щита. Испуганная, пытающаяся смехом заглушить страх перед чем-то ужасным, внезапно возникшим прямо напротив неё.Оставшиеся два шага, те самые, отделявшие Элизабет от двери, она преодолела одним порывистым движением.

Это походило на прыжок с пирса в воду. Удар - тело продавливает поверхность воды, море окутывает со всех сторон. Звуки становятся приглушёнными, движения вязкими, преодолевающими сопротивление.

За спиной Элизабет что-то стукнуло. Она не стала оборачиваться, чтобы убедиться - дверь, ведущая в эту страшную комнату, захлопнулась, отрезая реальный мир. Здесь же её окружали безумные декорации жуткого фильма ужасов.

Лейка душа криво висела прямо в воздухе. Плитка то проступала на стене, то вновь пряталась, скрытая дорогими, но безнадёжно испорченными огнём обоями. Откуда-то сбоку тянуло сквозняком.