Одинокий вампир и его сорок кошек

Глеб безошибочно определили, что тому, второму, он начальник, следовательно, того, второго, можно было квалифицировать как подчинённого. – Может, закатать ему ещё одну дозу, а то две. Для гарантии.

– Ноги протянет безо всякой пользы для следствия.

– Большой пользы от него я и так не предвижу, – сказал главный. Глеб даже представил, как он отчётливо скривился, словно от кислого. – Впрочем, вреда ведь пока нет. Мало ли, что нога у него дёргается, не бежит никуда, а это главное.

– Я вот думаю, дело может быть в том, что спиртным от него разит, как из бочки.

Почему, кстати? Вампиры же не пьют. А этот, похоже, пол-литра всосал в одну харю, да ещё газировкой приподнял, устроил в брюхе полярный коктейль. Вдруг в сочетании с алкоголем зелье работает иначе. Нам ведь и в голову не приходило проверять, как это скажется на результате, потому что вампиры же не пьют. Если суть в водке, то надо изучить, это интересно, это открытие.

– В коньяке, – педантично уточнил начальник. – Неплохом, кстати.

Денежки у нашего упыря, похоже, водились.

Глеб отчётливо разобрал зависть в барских интонациях. Как видно статус человека обеспечивал доход, да меньший чем хотелось бы. Глеб действительно купил дорогой напиток, считая, что он не так вреден, как дешёвый. Не разбирался, если честно.

Кстати… Неужели он выпил всю бутылку? А ведь не заметил. Зато охотники заметили пустую посуду. Теперь Глеб отчётливо припоминал, что забрал обе бутылки в бытовку, чтобы внимания не привлекли, валяясь снаружи, или на след не навели.

Похоже было, что отвести глаза охотникам не удалось. Нашли. Не только порожнюю тару от напитков. Вампира тоже.

Нашли. Получается, что его обнаружили спящего. Почему тогда не вонзили кол в сердце? Хотя кажется колья в ходу лишь в романах, а не в реальной жизни: громоздко, неудобно, пойди ещё вбей, особенно если жертва сопротивляется. В целом не нужны ухищрения, если достаточно вынести вампира на солнце, там он умрёт, не сразу, зато обязательно.

Если бы его вытащили на расправу безжалостному дневному светилу, он бы наверняка понял, ощутил бы боль, кричал и корчился, обугливаясь на свету… Только не на стройке, где днём полно людей, затевать показательную казнь. Вот в чём разгадка! Его везут на машине куда-то, где никто не услышит предсмертных воплей, только поэтому он ещё жив. А чтобы не дёргался, шмальнули вампирским наркотиком, который оказался плохо совместим с человеческим алкоголем.