Лесные заветы

Хотя кто же признается в этом вслух?!

- Слышал, новая колдунья жаждет посвящения этой дивной ночью… Интересно глянуть на нее…, - принц согнул ноги в коленях, оперся на них подбородком, обиженно нахохлился, став еще больше похож на нескладного подростка, и глухо пробормотал, - хотелось бы взглянуть на ритуал хоть одним глазком. При лесном дворе — скука смертная, ничего не радует, веришь? Иногда хочется бежать отсюда до самого горизонта, не оглядываясь… Уверен, если уйти на пару сотен лет, а потом вернуться — ничего ведь не изменится… Та же унылая гармония, счастливые пресные лица, тоска и пустота вокруг.

Принц поймал мой удивленный вопрошающий взгляд и усмехнулся, грустно махнул рукой.

- Не слушай меня, так, маюсь от безделья…

Внезапно он уколол меня взглядом, в глазах зажглось нетерпение и немой вопрос. Я догадался, что Риону было нужно. Конечно же, развлечение, которое только я и мог ему предоставить: словом или делом. Но сегодня принц вряд ли удовлетворится одним лишь рассказом о моей службе и о людских делах.

Что-то мне подсказывало, что Рион жаждал лично в них поучаствовать.

Я соскочил со ствола, потянулся, проверил кинжал на поясе. Глянул на небо: луна уже почти полностью вошла в свою силу, нужно было выдвигаться, если я не хотел опоздать к началу действа.

Невольно перед глазами проявился образ молодой колдуньи — Анны. Слишком несерьезно она выглядела в роли лесной защитницы, не смотря на явный дар и силу, сочившуюся все сильнее через нее. Какая-то вся нескладная, угловатая, слишком замкнутая даже для человека.

Красива? Да, безусловно. И красота эта как цветок, раскроется в свое время вновь. Хотя Анна уже познала мужчину и даже стала матерью. Но не чувствовалось в ее жестах и движениях легкости удовлетворенной женщины, сполна познавшей прелести плотских утех.

Помню, как неприятно кольнула ее отстраненность тогда, в подлеске, больше месяца назад. Женщина стояла в паре метров от меня, явное любопытство сквозило в ее карих глазах.

Но то ли излишняя сдержанность, то ли обычная невоспитанность стали причиной молчания. Мы так и не познакомились толком. А я не решился настаивать, думал дать наследнице время пообвыкнуться, набраться сил, подучиться. Но ждал, зачем лукавить — ждал призыва, который так и не наступил.

И теперь я не знал, считать ли такое поведение проявлением неуважения или простого незнания?! Надеюсь, эта колдовская ночь все прояснит.

Я вздохнул и оглянулся на Ридериона.