Ведьмин внук

Однако Гордей снова начинает смеяться, теперь уже над сложившейся ситуацией, и Артём, сжав зубы, отворачивается, быстро проходя мимо незнакомки.

«А мог бы познакомиться, симпатичная. Хотя... Твоя подружка лучше. Алина, кажется?»

От прицельного пинка Гордея спасает лишь то, что он не имеет тела.

— За-хлоп-нись, — выплёвывает Артём тихо, делая ударение на каждом слоге.

Ветер, то ли соглашаясь, то ли предлагая замолчать ему самому, бросает в лицо мелкий сор.

«Ну и что собираешься делать? Кофе тебе недоступно, на улице долго не пробродишь» — будто не слыша Артёма, продолжает Гордей.

«О-о-о... — понимающе тянет он, когда Артём спустя какое-то время поднимает взгляд на вывеску. — Таблеточки кофеина? Или что там сейчас придумали?»

Яркими буквами перед ними горит слово «Аптека» бросая на серые ступеньки красный отсвет.

Артём мешкает на входе, чувствуя, как слегка подрагивают руки. Он понятия не имеет, есть ли хоть что-то здесь, что может помочь.

Дверь открывается с тихим щелчком. Артём шагает в пустой зал, но не проходит и минуты, как из ведущего вглубь аптеки коридора появляется молодая хрупкая девушка. Гордей внутри присвистывает, на что Артём старается не обращать никакого внимания, хотя голове становится чуть хуже.

— Здравствуйте, я... Есть ли у вас что-то, что может взбодрить? Кофе не предлагать.

Забравшаяся на губы дружелюбная улыбка вздрагивает, едва не исчезая, когда Гордей внутри комментирует, с привычным уже ему тихим смешком: «Ну да, от кофе нас отлучили».

— Если подумать...

Девушка по ту сторону кассы задумчиво постукивает по губам указательным пальцем, осматривая Артёма с ног до головы. И ему даже думать не хочется, что она там для себя видит. Тёмные круги под глазами? Усталость? Напряжение?

— Думаю, пару вариантов подберу, — уверенно кивнув, она исчезает в коридоре из которого вышла, прежде чем вернуться с парой небольших упаковок. — Одни дешевле, вторые чуть дороже.

— И сколько? — уточняет Артём, прикидывая, сколько у него в кармане налички.

* * *

На воду у Артёма уже не хватает, и он прячет заветную коробочку в карман куртки.

С неба сыплет неприятная, колко-холодная морось, но он лишь снова выше поднимает воротник и натягивает на голову капюшон.

«Эх, а я так надеялся, что тебе не хватит денег».

Чрезмерная печаль в голосе Гордея вызывает у Артёма довольную усмешку.