Стальная Хризантема 1. Вредители

― Cкажи, а вас учили, как быть, если приходится закупаться продуктами на чёрном рынке?― Юкио, казалось, его и не слышал,― Или в Гакусуине считают, что это всё равно дело для слуг.

― Я об этом никогда не задумывался,― вынужденно ответил Кимитакэ,― Хотя понимал, что такое будет. Я когда в Гакусуин поступал, на экзамене по географии был вопрос: «Если мир подвергнет нашу страну экономической блокаде, в чем мы будем нуждаться больше всего? Что следует предпринять, чтобы преодолеть трудности?»

― А ответ помнишь?

― Как сейчас.

“Более всего мы будем нуждаться в продовольствии, хлопке и шерсти. Что до еды, то вместо риса и пшеницы следует употреблять другие виды продовольствия и беречь еду. Следует выращивать возможно больше хлопка в нашей стране, а недостающую часть хлопка и шерсть возмещать шелком.” Будем, стало быть, в шелках ходить, как римские императоры.

― Нам нужна одна приправа,― ответил Юкио,― Хорошая, всемирно известная приправа: соевый соус. Но тот, что по карточкам дают, он же никуда не годится, это проста чёрная и терпкая водичка.

Нам нужен другой соус, густой, как терияки и такой же пахучий. Соус, какой не могут себе позволить даже наши героические подводники…

А вот и последняя станция ― прямо перед воротами провонявшего копотью вокзала Икэбукуро.

Здесь городская застройка закончилась. Но не закончился сам город.

Сразу за вокзалом стояли ещё какие-то домики, только улица между ними была уже грунтовой. Сбоку от домиков был покосившийся храмик с облупленными воротами, а за храмиком сверкала поверхность небольшого пруда.

Юкио решительно, словно завоеватель, пересёк станцию, спрыгнул на ту сторону и зашагал к домикам. Кимитакэ следовал за ним. Он пока не знал, что задумал его приятель ― но уже заранее чуял кожей, что пыли здесь много и школьную форму придётся потом чистить.

Вблизи этих домиков оказалось неожиданно много ― целый маленький город с подветренной стороны железной дороги. И это определённо было не то место, чтобы отдыхать душой, прогуливаясь на выходных.

Возле домов застыли гнилые лужи, и крепко разило кислятиной. И ― ни души на улицах, только где-то за домами кто-то переругивался на китайском.

К счастью, блуждать им пришлось недолго. Они обогнули тот самый пруд, миновали ещё одну линию из уже более пристойных домов, выкрашенных серой краской, с огромными фронтальными окнами, заклееными бумагой. Здесь на дорожках между домами лежали камни, обтёсаные до плоских квадратов.