Стальная Хризантема 1. Вредители

Как школьник и банкир обсуждали французскую литературу

Это был тот самый пронзительный утренний час, когда солнце уже высоко, но между домами протянулись прохладные тени, а город ещё не проснулся и на улицах ― ни души.

Именно в этот головокружительный час зевающие фотографы делают знаменитые безлюдные фотографии городов, которые мы видим потом на календарях и в журналах.

Без лишних разговоров, размышляя каждый о чём-то своём, ребята вышли из покосившихся ворот. Густой туман за их спиной скрыл Зал Оленького Крика ― и если вглядеться, можно было различить всё тот же пустырь с кучами битого кирпича и колючими зарослями.

Кимитакэ не стал спрашивать, как его друзьям удалось выбраться ― когда захотят, они сами расскажут. Глядя на них со стороны, он видел только, что тело целы, и даже одежда не порвана ― только и лицо, и одежда перепачканы чернилами.

Наконец, они вышли на трамвайную остановку, где снова вернулось ощущение привычной реальностью с её трамвайными маршрутами и семестровыми экзаменами.

― Теперь предстоит самое сложное,― сказал он,― Объяснить родителям Ёко-кун, где она пропадала всю ночь.

― Я справлюсь,― пообещал Юкио,― Доставлю её в целости и что-нибудь сочиню по дороге.

― А если они не поверят твоим объяснениям?

― Пусть только попробуют не поверить!― сверкнула глазами Ёко.― Я им такое устрою!..

Подкатил первый, ещё совсем пустой и сонный утренний трамвай. Кимитакэ при виде трамвая шагнул назад и махнул рукой.

― Поезжайте вы.

Ёко и Юкио скрылись в трамвае. Тот торжествующе зазвенел и укатил прочь.

Кимитакэ посмотрел налево, потом направо ― и в конце концов просто зашагал вслед за ними вдоль трамвайных рельсов. Утренняя дымка вползала в огромный Токио, так что рельсы могли послужить неплохим ориентиром.

Боевой угар выветрился, но вместо страха почему-то пришла тоска и стиснула костлявой рукой солнечное сплетение. Это не была тоска по чему-то конкретному ― а просто ощущение, что, может быть, самое важное в твоей жизни произошло только что и больше не повториться.

Кто знает ― может быть само будущее страны решил поединок двух ничтожных каллиграфов, в доме, которого даже не существует…

Каждый шаг звенел, как будто он ступал по фарфору ― и весь город тоже фарфоровый. Так что если он ударит ногой слишком сильно, столица попросту расколется на куски.