Стальная Хризантема 1. Вредители

Только в дальней комнате, горела печка и тянуло дымом, алые всполохи плясали на стенах среди занавесей и манекенов, казалось, что именно там и расположено преддверие ада — а никак не на холодном Хоккайдо.

Из глубины спросили по-немецки. Делопроизводитель рыкнул что-то в ответ.

— Делаем, но не сегодня. И с письменного обращения учителей. Пошёл вон, одним словом!

И захлопнул дверь. Кудзё так и не понял, узнали его или нет.

Дождь свирепел, ветер рвал их рук зонтик. Наш герой угрюмо брёл по улице и пытался сообразить, что делать дальше.

Вокруг было столько славных людей — но кто из них может помочь? Только он. Ведь они не могут её чувствовать... Для них она просто школьница. Они не знают, что она любит жёлтые ирисы и страшно испугана. И даже он не мог угадать, что она почувствует, когда прочитает письмо. Объяснение в любви ей будет, наверное, приятно. Приглашение снова встретиться — тоже. Но как насчёт просьб не иметь дел с этими подозрительными людьми. Пойдёт ли она на это?

Прямо по курсу горели сквозь дождь огни сквера, где всё началось.

Людей не было. Только на месте Натаси сидел под дождём тот самый человек в непромокаемом мышином пальто и сосал сигарету.

Кудзё сел рядом.

— Здравствуй, школьник,— произнёс человек,— что тебе надо?

Глаза у него были маслянистые. Может морфий, может мигрень. А может морфий от мигрени.

— Скажите, а вы осведомитель или следователь?

— Следователь. Вот, глянь,— трясущейся рукой он показал документы,— Так что тебе надо? Ты так и не сказал.

— Я знаю об одном преступлении. Но я не знаю, как сообщить. Мой друг в беде, а я не знаю, как помочь.

— Что случилось-то?

Уже в четвёртый раз надо был рассказывать, что здесь произошло — и опять что-то добавлять, а о чём-то умалчивать. Словно и не было того, что случилось с ним на самом деле — а только новые и новые варианты для каждого слушателя.

— Вот в этой фотостудии,— Кудзё написал на тетрадном листке адрес,— Снимают, наверное, порнографию. Пока наши войска героически приводят Китай к неизбежному процветанию.

— Школьник против порнографии,— хмыкнул следователь,— Первый раз вижу. Тебе что — девочки не нравятся?

— Слишком нравятся, господин следователь. Понимаете... они впутали в это одну... ну, подругу мою, вот. Но она не из таких, понимаете? Она просто любопытная. А они этим пользуются.

— Влюблён в ней, что-ли?

— Да. Немного.

— А как её найти?

— Не надо её трогать.