Стальная Хризантема 1. Вредители

Так, что кто бы с ней не говорил, просто понимал, что он не один в этом мире с такими мыслями ― и от этого ему становилось теплей.

Ну и осталась фотография, где он и сестра сидят на европейском белом диванчике в родительском доме, а на руках у них кот. И если кто-то из одноклассников всё-таки заходил к нему домой (раньше одноклассников отпугивала бабушка), он неизменно обращали внимание на фотографию на поминальном алтаре и спрашивали, не замечая такого очевидного семейного сходства:

― Это твоя невеста? От чего она умерла?

Так что фотографию пришлось спрятать.

5. Кто он ― злой гений деревенской тусовки?

После воспоминаний о дедушке Садатаро было уместно вспомнить и тот самый сон, который было так нужно и так непросто записать.

“Будет вообще удивительно,― думал Кимитакэ, шагая к родной калитке,― когда исследователи будущего наткнутся на мой дневник. Дневник человека, который учился со сливками общества. На тысячах страниц дневника (дедушка всё собирался приобрести многотомное издание, но бабушка не разрешала) того самого премьер-министра, гибель которого похоронила дедушкину карьеру, отображена, как говорят, вся политическая история его времени.

А в дневнике ученика самой престижной школы Империи и современника величайшей войны отыщутся только такие вот бредовые сновидения и неосуществимые творческие планы.”

***

…Куда же его занесло? Похоже, это одна из тех деревень, про которые не упоминают даже в курсе местной географии.

Тут есть железная дорога ― она тянется через голый зимний ландшафт и теряется где-то в горах.

Но вместо станции ― стандартный полустанок, едва ли сильно крупнее коробки из-под обуви, и никакого расписания. Чуть дальше, в низине, виднеется гнилая деревенька с нищими чумазыми домиками и топкой грязью рисовых полей.

Кимитакэ, тем не менее, начал спускаться. Он не мог вспомнить ни названия этого места, ни как он здесь оказался. Зато он смог вспомнить зачем ― и причины было достаточно, чтобы он поторопился соскочить с бетонного фундамента и зашагать по тропе к деревне, стараясь придать походке тот самый ритм, который бывает у невинного школьника, который благодаря усердной учёбе поступил в столичную высшую школу, а теперь приехал проведать родные места.

Всё дело было в исследовании Мятежа молодых офицеров и прочих предвоенных тайных обществ. Кимитакэ с трудом вспоминал, как глубоко он зашёл в своих штудиях. Но, видимо, достаточно глубоко, чтобы и самому оказаться замешанным в одном из таких дел.