Дракон под давлением

Но так никто никогда не делал, и Люда проводила грустным взглядом медлительных бригадиров кузнечного пролета.

Вздохнув, она принялась за просмотр результатов работы на выходных. Субботой осталась вполне довольна: работа шла в графике, нормы выполнялись, дневные задания закрывались. А вот в воскресенье произошел какой-то провал. И если на участке ковки круглых в плане поковок все было нормально, вернее, с допустимым люфтом, то на участке продолговатых наблюдалось существенное недовыполнение.

Один из двух пневматических молотов, которые работали на круглых, всегда немного козлил: то включался не с первого раза, то рычага не слушался, то в штампе залипала поковка.

Поэтому небольшое недовыполнение сменной нормы для него считалось в порядке вещей, и это не тревожило — немного больше или немного меньше, что уж, бывает, все равно план выполнят.

А вот что случилось на участке продолговатых? Там как раз самое налаженное оборудование, которое всегда работает как часики, манипулятор — просто умничка, молоточки — зайки, да и бригады там толковые, без Иванова и Петренко.

Что же случилось сейчас?

Как вариант, можно было предположить, что оставшиеся без контроля рабочие в воскресенье где-то набокорезили и тихо слиняли по домам. Но начальник цеха приходил всегда раньше мастеров, и, по идее, ему бы доложили, случилось что. И по той же идее, уже бы вызвать старшего мастера или Людмилу к себе, да ещё и перед началом смены, проинформировал и дал поручения. И Люда сейчас не пребывала бы в недоумении.

Она отлистала журнал назад, на предыдущие выходные, а потом ещё на одни. Перекидывая туда и сюда пачку длинных листов, сравнивала выработку. Да, в это воскресенье явное недовыполнение. Краем уха, почти подсознанием отметила, как заработал один молот, потом другой. Очень хорошо. Сейчас и остальные подключатся.

Углубившись в изучение журнала и размышления, она не заметила, как перед ней появился бригадир с кузнечного участка № 2, Дмитрий. Дмитрий — средних лет неразговорчивый мужчина, был высоким, и не смотри Люда так пристально в журнал, заметила бы его сразу.

А так среагировала, только когда он вошел в её стекляшку — отгороженную прозрачную будку — и сел на шаткий скрипучий стул по другую сторону стола.

— А? — Люда подняла голову.

— Я вот… Хотел…

Дмитрий мялся. Но он мялся не просто так, он подбирал слова. Это поначалу, когда Людмила только пришла в цех, ей казалось, что он плохо разговаривает либо дразнит её. И второе более вероятно.