Медальон

Вот, буквально пару минут назад тотем еле виднелся, но пройдя пару десятков шагов по извилистой тропе мы ныряем вглубь ущелья—пещеры, которое будто нарочно было скрыто густым зарослями.

Я не знаю, что хуже-дикие кустарники, что своими иглами исцарапали мне все, вплоть до лица или скользкие от воды и тины камни из-за которых я едва могу устоять на ногах.

Мы проходим куда-то вглубь и все вокруг сжирает темнота. Фантазия рисует мелких насекомых, змей и летучих мышей, что наперебой хотят вцепиться в меня, напугав до смерти.

Пахнет сыростью или больше испарением, воздух густым облаком нависает над нами.

Индейцы чуть поодаль копошатся, шумят, шуршат и все это им удаётся в кромешной темноте. Я мелкой поступью шагаю назад, аккуратно перебирая ногами. Расставь я руки в стороны, мне было бы куда удобнее ориентироваться, и я бы точно смогла быстрее двигаться, но это невозможно. А плечом… ну уж нет, одна мысль наткнуться на склизкую тварь убивает меня.

Но вот на другом конце ущелья появляется луч света, обрисовывает могучую фигуру Точо, который прилагая не малую силу, поддевает огромный валун, закрывающий путь к солнцу.

Свет обычно несёт в себе позитивную ноту, но не в моем случае. Для меня это словно темный коридор и свет в конце тоннеля индикатор конца пути. Смерти. Моей смерти.

Наконец камень тяжелым грохотом поддается. Я тут же разглядела скалистые стены пещеры, на которых нет ни намёка, ни следа угрожающих обитателей. Это радует, потому что теперь я могу свободно двигаться.

Отталкиваясь от стен, я продолжаю тихонько отступать, в то время как Аскук раньше всех прошмыгивает на выход.

А я все удручающе медлю.

Руки ведь так же связаны, но идея сбежать не отпускает.

Я деловито прокручиваю план в голове — пробраться обратно через кусты несложное дело, а после бежать, бежать, бежать.

Нога судорожно дёргается назад, я поскальзываюсь на зелёном иле, но, пританцовывая, пытаюсь не потерять равновесие — движение не ускользает от глаз Точо.

Наши глаза пересекаются.

Один морозный взгляд и индеец понимает мой нехитрый замысел.

Я срываюсь с места и ныряю обратно в кусты, но он в два шага оказывается подле меня.

Я, как навозный жук копошусь из стороны в сторону, пытаясь выбраться из лап колючих иголок. Но я в плену, в плену собственных надежд и глупых ожиданий... и у злополучного вязанного кардигана, что зацепился о ветки.

Кто-то жалобно хныкает от бессилия и грусти. Это я.