Медальон

Такое чувство, что я собственного тела не ощущаю, сложно даже глотать, не говоря уже о том, чтобы дышать.

Да я пришла не по своей воле, я не гость, рациональное зерно в этом есть. Но быть пленницей. Именно это определение я к себе осознанно не примеряла.

Всю жизнь в этом племени?

Пока перед глазами проносится моя короткая жизнь, я мысленно ставлю крест на желании стать врачом, построить дом, посадить дерево, родить сына, что там ещё по плану у нормальных людей?

Точо все толкает меня по плечу вперёд, ему далеко без разницы, что я в шоке, что вот только до меня дошёл весь ужас происходящего.

— Попробуй только что-то выкинуть, — словно из далека слышу его угрожающий тон, —три шкуры спущу.

Не успеваю я сообразить, что пора бы ответить ему что-то колкое, резкое, как он оставляет меня у самого входа и растворяется в пустоте.

Я невидящим взглядом смотрю перед собой, осознавая, кто меня ждёт за этой дверью. Но решиться на встречу куда сложнее, чем репетировать ее в голове.

Глава 22

«Не только зло, но и добро приходит к нам под разной личиной».

Слова старушки Юны— первое, что приходит мне на ум, когда я вхожу в просторный и на удивление уютный вигвам. Здесь у каждого предмета своё законное место. Первое, что привлекает внимание – перья будто огромный хвост павлина свисают по левую сторону жилища. Под ними аккуратными стопками сложены потрепанные книги с выцветшими обложками. И не парочка, а можно сказать достойная библиотека.

Я медленно обвожу взглядом комнату в поисках чего нибудь приметного, что уже заранее расскажет о хозяине вигвама.

Взгляд останавливается на ружье внушительного размера. Его будто кто-то небрежно сбросил на пол совсем недавно, так как отдалённо слышится запах пороха.

Мороз по коже. Ставлю бабушкины зубы, что из него кого-то застрелили. Нервно хихикаю. Бабушка Мискодит всегда, так шутила. Но моя шутка явно не к месту.

После пороха отчетливо появляется тяжелый дух смерти.

Спокойно…. Нужно попытаться мыслить логически. Делаю я это из ряда вон плохо, но иногда получается.

Вероятно, вождь, как и другие мужчины племени охотится. Не питаются же они овощами, так ведь? И вот он вернулся с охоты, подстрелив огромного фазана и…..

Я снова бросаю опасливый взгляд на ружье. Мне безумно хочется сбежать, руки потеют. Я нервно вытираю их о платье, но уже через секунды их словно водой облили.

Бабушкин голос шепчет:

« O noshi Tankekvunu».

«Да, бабушка, ты уже так говорила. Однако, Точо все-таки поймал меня и притащил сюда».