Антимаг. Ночное дежурство. Приключения Вяземского.

То, что гора называется храмовой, сомнений у Вяземского не вызывало. Как еще может называться гора, на вершине которой стоит храм?

«А может, плюнуть на все? Постричься в монахи? Опять же можно подбить на это Черкашина, чтобы не было особенно скучно. А когда устанешь от постоянных медитаций и молитв, было с кем пропустить чарочку другую текилы!

Хотя нет, текила у мексиканцев. Китайцы из риса гонят Бай-Цзю крепостью шестьдесят градусов.

Черкашин точно согласиться! Он и так живет, как монах бобылем. Только налысо побрить и все, готов!

А вообще все это выглядит, как приглашение! Храм, лестница, и голубое небо, увенчанное белоснежными облаками — сакральный образ.

Откуда-то из далекого прошлого возник образ совсем другой лестницы и слова…

«И увидел во сне: вот, лестница стоит на земле, а верх ее касается неба; и вот, Ангелы Божии восходят и нисходят по ней. (*сон Иакова в книге Бытия (28.12-13))».

— Ну и ладно, — уверенным голосом сказал сам себе психиатр. И не спеша двинулся по лестнице вверх, к небесам.

***

Сунь Укун сидел на бархатной подушке, украшенной золотой бахромой, и, судя по остекленевшему взгляду, прибывал далеко от мирской суеты.

С одной стороны, этому способствовала его родословная — Сунь Укун родился от божественного волшебного камня на Горе Цветов и мог напрямую общаться с богами.

С другой стороны, он только что «пригубил» хорошую порцию шестидесяти градусного Бай-Цзю, что само собой способствовало перемещению энергии из точки Бай Хуэй в точку Цзу Сань Ли, как известно, являющейся средоточием долголетия.

Чувствуя, как ядреное пойло растекается по организму, открывая чакры и уничтожая энергетические заторы, он глубокомысленно подумал: «Явь от сна никто отделить не сумеет. Полезное с виду никому не приносит пользы.». Получилось даже в рифму. Но на этом моменте живот Сунь Укуна громко заурчал, и диалог с божественным прервался мыслью о регулярном трехразовом питании.

Между тем взор его обратился к «лестнице из десяти тысяч ступеней», по которой медленно, но верно карабкался одинокий путник.

Последнее время прихожане его не баловали.

Возможно, люди перестали верить в богов, как это было тысячи лет назад. А может быть, крутой и долгий подъем оказался слишком сложным испытанием для последователей. Этот же путник с упорством осла двигался к намеченной цели. Ну что ж, возможно, гость захочет сделать подношение в храм едой? Вот и найдется достойная закуска!

В конце концов: «Плод сам собой созревая, становится спелым.