Маледиктум. Кроличья нора

Хотя, по правде говоря, он и сам не знал с чего вдруг стал способен на подобное. Столь явно не нормальное и завораживающее умение внезапно проявилось летом, когда Данил, испугавшись залаявшей на него домашняя овчарка, подпалил руль велосипеда. Тогда он никому не рассказал о случившемся, но в тайне от родных, когда они покидали дом, на заднем дворе поджигал свечи одним касанием.

Почуяв излишнее количество тепла в пальцах и дыма в лёгких, Данил с ужасом осознал, что у него в руке вновь была полыхающая сигарета.

Выплёвывая дым, на пару с кашлем, он резко развернулся, бросив сигарету и старательно притоптал её ногой. Едва разогнувшись, Данил тяжело задышал. Ему показалось, что сегодня он рисковал остаться заикой на всю жизнь, потому как внезапно вышедшая из-за угла одноклассница напугала его ничуть не меньше самовоспламенившейся папиросы. Он готов был поклясться, что его сердце вот-вот пробьёт грудную клетку.

Никита заботливо похлопывал его меж лопаток, попутно справляясь о самочувствии, но заметив облачённую во всё чёрное, Романову тут же замер.

Тощая, высокая и мрачная, без намёка на улыбку на бледном лице с высокими скулами, Александра Романова вышла прямо из-за угла школы. Девчонка была незаметной тенью, но как только кто-то вспоминал о её существовании, то её присутствие незамедлительно несло гнетущее впечатление. Не многие решались заглядывать в её стальные глаза. Она всегда смотрела тяжело и пронзительно.

А ещё она была безобразно высокая. Выше Данила, дотягивавшего до ста шестидесяти пяти сантиметров в росте. А ведь она даже не играла в баскетбол в отличии от него!

Раньше Данил не испытывал к ней ничего, помимо брезгливости. Она не носила школьную форму, всегда ходила в чёрном, длинных юбках, волочившихся по земле и мешковатых футболках и свитерах. А её смоляные волосы, порой, напоминали апостольник. Она игнорировала одноклассников и не слушала учителей.

Например, вчера, на классном часу в честь первого сентября, она заявила, что не сдвинется со своего места за партой и не хочет, чтобы кто-то рядом с ней сидел.

Тогда классная руководительница тяжело вздохнула, потерев виски и принимая поражение. Либо просто не желая участвовать в бессмысленной битве.

— Хорошо, Саша, будешь сидеть одна. Но с остальными я еще подумаю, — согласилась Юлия Александровна, пышная и не в меру энергичная блондинка.