Врачеватель. Моё призвание

Хотел как лучше и недолго думая, направил на нее заклинание, как предусмотрел Создатель всего живого.

— Александр Иванович, что-то случилось? — напряженно спросил Петр Сергеевич, заметив мое состояние.

— Гм, как бы деликатнее сказать, — потер я висок и сделал приличный глоток коньяка. — Понимаете, после всего случившегося, супружеские обязанности…

— Не продолжайте, — перебил меня граф, — все понимаю и к Лизоньке не прикоснусь до полного ее восстановления. Это вам как ее доктору говорю.

— Так-то все правильно, — покивал я.

— За некоторыми маленькими нюансами, — показал на микроскопическое расстояние между большим и указательным пальцем.

— Простите? — нахмурился граф.

— Ваша супруга, в полном порядке и это подтвердят целители, не беспокойтесь о ее здоровье. Честно говоря, мой кабинет врачевателя не предусмотрен за уходом для новорожденных, поэтому и отправил вашу супругу в надлежащую больницу, — дал пояснения, мысленно подбирая слова, как бы тактично сказать из-за чего сыр-бор и какой промах допустил.

— Что-то с сыном? — напрягся мой собеседник.

— Насколько могу судить и он в полном порядке, — отрицательно качнул головой и не стал тянуть, продолжил: — Гм, понимаете, только сейчас понял, что когда залечивал родовые травмы, то немного перестарался, — вздохнул и махнул рукой: — Нет, чего уж там! Сплоховал, но вы меня поймите, не со зла или какого-то умысла.

— У нас с Лизонькой не будет больше детей? — мрачно уточнил граф, а потом сразу продолжил: — Хотя, не знаю, печалиться ли этому или радоваться.

Еще раз пережить все то, что испытал, — он покачала головой и не закончил фразы, зато я поспешно сказал:

— Нет, дело в другом. Как бы мягче сказать, но вышло так, что вернул вашей супруге все то, что присуще девушкам.

Граф задумался, помолчал, а потом развел руками:

— Не понял. Александр Иванович, о чем вы толкуете?

— Она стала девственницей, — выдохнул я, стараясь мысленно понять, как такое возможно и что подумают целители, когда обнаружат противоречие.

Нет, они поймут, что ребенка Елизавета Викторовна только родила, но мне неудобные вопросы точно зададут.

В том числе еще и граф способен выразить недовольство.

— Это же невозможно, — ошарашено покачал головой мой собеседник. — Господин Воронов, простите, вы что-то путаете, — он посмотрел на открытую бутыль коньяка и на мой бокал. — Может еще закуски?

— Простите, так получилось и у вас с супругой вновь будет первая брачная ночь, — твердо смотря ему в глаза, сказал я.