Фря залетная, или Попаданка в магической Академии

А дальше вместо них, тянулись другие, слабые, серого оттенка тонкие дорожки, едва заметные и слабые.

Мне, человеку моего мира, уже сам факт, что я могу что-то видеть внутри своей тушки, казался запредельным. Но память прежней Фри не давала расслабиться. Здесь тебе не там. И то, что ты сейчас видишь – проблемы, с которыми жила прежняя девчонка. Большие проблемы. В голове закружили обрывочные мысли, воспоминания, чьи-то высказывания, отголоски смешков…

Верещагина. Плотная, дородная женщина с каменным, продирающим взглядом.

Всплыла картинка приемных экзаменов. Ряд солидных людей за длинным столом, безразличные взгляды, смешки, шепотки…

«Сложно придется. Может, лучше дома останетесь? Проклятие старое, а остаточной ведьминской силы, что досталась вам от бабушки, хватит на бытовые нужды… Мы, конечно, можем поэкспериментировать, но где гарантии?» И насмешливые ухмылки одного, второго, третьего, словно что-то позорное было во всей этой неизвестной мне истории.

Не успела вспомнить, прокрутить эту картинку, как ярким пятном вспыхнул образ этой дряни Рокотовой. Красивая, тварь. И ее слова.

«Все равно сдохнешь. Годом раньше, годом позже. На бабкином колдовстве много не проживешь, убогая. Поэтому, лучше раньше…» И удар ногой в грудину, в сердце, а потом в голову, со всей силы, что есть у крепкой, накачанной тренировками девки. Ва-а-ах! Даже кожа мурашами покрылась от картинки.

А ведь она совсем не боялась меня убивать, получается. Все знали о проклятии, и о том, что жизнь моя – медная полушка. Что, мол, вот и случилось то, что должно было случиться. Если бы не Стручок. Ну, Рокотова, я тебе покажу, какими могут быть Бекетовы. Эх, где мои прежние кулаки. Хорошо было ими орешки колоть… Ничего-ничего, что-нибудь придумаем. Сейчас о другом надо голову греть. Откуда взялось это проклятие, и как с ним бороться. Судя по мерцающим голубым нитям, дар-то у прежней Фри был не хилым, даже сильным.

Я выдохнула, легла на диван, вытянув ноги, и погрузилась в память.

Вокруг заклубились образы. Отец, высокий, представительный мужчина, с легкой и грустной улыбкой, мать… Умерла, когда девочке было три года. А жаль. Может быть, она и смогла бы защитить дочь. Брат. Володя. Не враг, но и не друг. Почему? Да потому, что все банально. Я от второго брака князя Бекетова.