Фря залетная, или Попаданка в магической Академии

И сын был недоволен решением отца жениться на моей, то есть прежней Фри, матери. Вот отсюда и копаем.

Память завертелась еще глубже, вгрызаясь куда-то в детство. И я увидела старика. Дед. Мой дед, глядящий на меня как зверь, с такой ненавистью и брезгливостью, словно я, пяти-шестилетка, и не человек, а жаба африканская. И вот он умирающий. Душная комната, полутьма. Я одна рядом с его кроватью. Он, слабый, едва живой, вдруг хватает мою ручку – маленькую, тоненькую, и шипит, глядя черными светящимися глазами.

- Не достанется тебе, приживалке на княжьем роде, этот дар! Не дело распылять благодарение богов на всяких тут. Ты – никто, пустое место, пыль. Проклинаю родовой силой и замком каленым, и печать ставлю от силы Везувия, и… - он еще бормотал, сипел страшным голосом. А девочка вдруг заорала от ужаса, и неожиданно вцепилась зубами в его руку, удерживающую ее. Вырвалась, и с криком убежала.

В коридоре наткнулась на отца, который встряхнул ее, а потом вдруг точно обмер, что-то разглядывая над ее головой.

- Отец… Он что, с ума сошел?! – Резко отстранил девчонку и побежал в комнату деда. А она, слабенькая, напуганная, прислонилась к стене, и заревела. Кто-то схватил ее на руки, поглаживая по голове и успокаивая. Она обнимает чью-то шею и шепчет на ухо. Нянюшке, дорогому человеку, которому Фря доверяла все тайны и горести. Только она уже ничем не могла ей помочь. После, стало известно, что Фря проклята родовой силой, снять которую невозможно. Ну, или почти невозможно.

Вроде бы как ходят какие-то легенды. Собственно, проклятье проклятью рознь. Слабенькие снимаются. А вот такие, как мое – полный швах, ибо сила его закреплена на моей собственной силе. Чем крепче дар – тем сложнее освободиться.

- И что за дар? – Вскинула я голову, отрываясь от воспоминаний. В глазах завертелись картинки, люди, отголоски. И вдруг вспыхнула страничка книги, где золотыми буквами светился заголовок – дар Черной Луны. Сила запредельных существ и стихий с первородными флюидами магии древних.

Глава 5

Глаза пожилой женщины у стола, с выправленной спиной и гордо поднятой головой, сверкнули очень и очень недобро. Она хищно прищурилась и точно выплюнула.

- Я сказала – женишься. Быть посему, хватит, добегался. А иначе… Всего лишу, без штанов из дома выгоню!

- Ба…

- На паперть пойдешь с протянутой рукой, - голос старухи захрипел. Она вдруг качнулась и, схватившись за край стола, начала оседать.