Носители Искры. Карьер. Книга II

В связи с этим работа института замедлилась, им не хватает донорской крови, люди, которые могли бы получить свой шанс на жизнь, его потеряли. Что же случилось?

Понеслось…

Несколько дней назад он отказался участвовать в донорской программе, когда пришло время для очередной процедуры и его отвели в лазарет. Это решение далось ему не сложно после рассказа Лива. Один раз он позволил провести себя вокруг пальца, но больше он в этих играх участвовать не будет. По крайней мере добровольно. Поначалу это произвело эффект разорвавшегося эрдэ, потом с ним велись разговоры, потом призывали к разуму и человеколюбию, а потом его просто отвели на уровень и словно о нем забыли.

Это вызвало удивление. Карьер – не то место, где обычно у заключенных спрашивают разрешение.

Что им стоило просто приковать его к койке и выкачивать кровь. Или обколоть какими-нибудь транквилизаторами. Вряд ли они опасались, что он сможет кому-нибудь пожаловаться. Но ничего подобного не произошло.

- Неделя в лазарете, работа в цеху, самые легкие сектора на уровне, пониженные нормативы, - перечислял комендант все то, что у него было некоторое время назад, - за свое решение ты получал, как мне кажется достойную награду.

Или я не прав?

- Конечно правы, господин комендант.

- Тебе было мало?

- Никак нет, господин комендант.

Вестгейрд стиснул зубы. Георгий видел, как играют желваки на его лице.

- В твоей крови есть четвертая Искра и, как ты знаешь, это очень редкое явление. Поэтому так необходимо, чтобы ты продолжал участие в этом нужном для людей деле.

Для доктора Кампо очень важно, чтобы ты согласился, - комендант слегка замялся, словно ему было сложно произнести то, что он собирался, - год срока в обмен на одну процедуру.

Глоток воды, который Георгий в это время делал, встал ровно поперек горла, ни вздохнуть, ни выдохнуть. Он натужно закашлялся, пытаясь сделать нормальный вдох и втолкнуть в себя застрявшую жидкость.

Вот что они предложили Ливу! Вот отчего парень так завелся. Идиот! Придурок малолетний!

- Мне осталось двенадцать лет, - восторженно глядя на коменданта вслух произнес Гронский, - и если я соглашусь на двенадцать процедур, я буду свободен?!

- Процедура несколько усложнится, как сообщил мне доктор Кампо.

Их работа не стоит на месте и начались положительные сдвиги. Но в общем ты прав.

Ага! Только вот Лив уже еле ноги волочит. Сколько ему уже сделали подобных процедур? Две, может три не больше, а он стал тенью самого себя. Нас отсюда никогда не выпустят.