Город Неизвестно-Когда-и-Где

В городе я ни разу не видела никаких часов. С того момента как мои наручные часы вчера (или позавчера?) сломались, я не понимала, сколько времени.

Лязгнул замок. Потом со скрипом открылась дверь. На пороге стояли охранники. Те же или другие — не важно, они все на одно лицо. Я полагала, что Пиовр их гипнотизировал и запугивал, заставляя работать на себя. А может, в этом городе жизненно необходимо работать на Пиовра, чтобы прокормиться. Подобно тому как чтобы добыть еду, необходимо таскать вёдра с экскрементами в подвал к Неряхе.

— Поднимайтесь, оба.

Я проснулась быстрее. И поспешно встала на ноги. В нашу камеру набилась куча народу. Йоко подняли за шкирку, выдернув из сна как щенка. Он стал брыкаться:

— Ай! Что? Куда вы меня тащите? Пустите!

Его увели очень быстро. Тем временем меня снова больно и крепко схватили за обе руки. Я вырываться не пыталась. Во-первых, потому что понимала, что нужно экономить силы, а совладать с таким физическим и численным превосходством противников я не могла. Во-вторых, я сонная как муха.

Меня сдёрнули с места и тоже увели. Как выяснилось, совсем в другую сторону, не туда, куда Йоко.

Я старалась запомнить повороты, ориентиры в вообще куда меня ведут. В некоторых камерах, мимо которых меня стремительно проводили, кто-то сидел. В темноте плохо видно, кто это. Но тюрьма загружена лишь на треть: слишком много пустых камер. Если Пиовру захочется, он может сюда засадить весь город, карамба!

Потом меня вывели в более широкий коридор, где камеры и решётки уже кончились, и мы стали подниматься по крутой каменной лестнице.

Затем моему взору предстал холл не то замка, не то дворца, с грубой средневековой мебелью, шкурами диких животных, коврами и всякой утварью. Меня повели ещё выше, я различила приоткрытые двери, за которыми виднелись настоящие княжеские покои. А потом меня ввели, точнее грубо втолкнули, в залу. Дверь за мной с грохотом закрылась, мои провожатые ушли. Я еле удержалась на ногах.

Пол тут каменный и очень грубый, а ещё сколоченная дубовая мебель с претензией на аристократию.

Впереди виднелся просвет и кусок серого, покрытого мглой неба, и небольшой балкончик. На этом балкончике стоял Пиовр, спиной ко мне.

Очень опрометчиво с его стороны. Я могла бы тихо подкрасться и ловким приёмом спихнуть его вниз. Могла бы огреть его сзади по башке любым подручным твёрдым предметом. А могла бы и вовсе перерезать ему горло ножом-"Пираньей", которая всё ещё при мне, спрятанная в ботинках с двойным дном.