Будни непослушания

– Слышите меня?

Я киваю, не открывая глаз.

Мой новый знакомый терпеливо ждет, когда я окончательно приду в себя. Наконец, молчание прерывает дежурный вопрос:

– Как вы себя чувствуете?

Я разлепляю веки. Минута уходит на то, чтобы сфокусироваться на собеседнике. Мужчина средних лет, брюнет, немного выше среднего роста, похоже. Одет не как доктор, в обычный вольного кроя кремовый костюм и безупречно отутюженную, в тон пиджаку, рубашку. Без галстука. Сидит на ранее замеченном крутящемся табурете. Лицо совершенно не запоминающееся.

Впрочем, не совсем. Глаза. Глаза крупные и выразительные.

– Я чувствую себя нормально,– отвечаю как первоклассник, накрепко усвоивший урок, полным развернутым предложением.– Что с детьми?

Он отводит глаза. Скверный признак. Сердце бьется чаще, перед глазами появляется рябь, как в плохо настроенном телевизоре. Прибор на тумбочке издает тихий протяжный свист, явно предупреждая об изменении в состоянии пациента. А я и не заметил, что подключен к аппаратуре. И, вроде бы, при первом знакомстве с комнатой хитрого ящичка с лампочками и мониторчиком не было? Точно, не было!

– Владимир Николаевич, дорогой мой!– на этот раз незнакомец смотрит прямо в глаза.

– Я не хочу и не буду вас обманывать. Авария случилась серьезная. Помощь подоспела быстро, но… Сами понимаете, при лобовом столкновении фатальных последствий не избежать.

Передо мной чередой проходят детские лица. Большинство,– озорные и улыбчивые. Черт, черт, черт!

– Лучше бы я…

– Не лучше. И это не нам решать.

Оказывается, последнюю фразу я произнес вслух.

– Что теперь я их родителям скажу?

– Не надо так,– мягко останавливает меня мужчина.– Вам надо отвлечься.

– И чем же?– вырывается с такой горечью и сарказмом, что самому становится не по себе.

– Работой,– лаконично откликается собеседник.

И тут я впервые осматриваю собственное тело. Вроде бы все на месте. Вот только… Только ног я не чувствую. Напрочь. Да и руки… Пытаюсь поднести правую ладонь к лицу. И не могу. Вторая попытка, третья.

На четвертый раз вижу предплечье, замотанное в бинты по вторую фалангу пальцев. С левой рукой дела обстоят чуть лучше. Для того чтобы я смог ее лицезреть потребовалось лишь две попытки.

– Работа? Вы, верно, шутите?

– Нисколько. Современные технологии позволяют сегодня совершать то, что еще вчера казалось абсолютно невозможным.

– Как вас зовут? Не граф Калиостро?

– Простите. Меня зовут Феликс. Феликс Корнеев. Директор экспериментального проекта «Прометей».