Функция-1

За мной гонятся, меня хотят убить. Я ищу, где бы пересидеть, а ты мне предлагаешь в ютуб видео запостить.

Она захлопала ртом как рыба. Открывала его, чтобы что-то сказать, и закрывала, не решаясь. Потом, наконец, выдохнула:

— Прости...

В десятку!

Махнул рукой, пустое, мол. И дожал:

— Думал у Стаса пересидеть, но тут, как вижу, меня вполне можно найти. Так что, прости, но мне надо сваливать. Если тебе не сложно, дай уйти и никому не рассказывай, что встречалась со мной. Для меня это ничего не изменит, а вот у тебя будут проблемы.

— Да я бы никому...

— Верю. Пока, Люся.

И направился к выходу из кухни. Но через пару шагов был остановлен ожидаемым «погоди». Повернулся и вопросительно поднял брови.

— Я одна живу. Можешь... у меня пока спрятаться. В зале, на диване, — последней фразой она дала понять, что «интим не предлагать».

Сработало! Девушка — гик, настоящий фанат своей страсти! А я мечта всей её жизни: не как мужик, а как доказательство того, что она не сумасшедшая.

— Это может быть опасно, — предостерёг я, но её это лишь раззадорило. Как я и предполагал.

Интерлюдия

Свой кабинет начальник криминальной полиции УВД Амурской области не любил. Поднявшийся с оперов до потолка, доступного без академии, он не любил торчать в четырёх стенах. Да и не проводить же такие встречи в здании управы! Поэтому для разговора, которого внезапно потребовался его визави, выбрал маленькую уютную кофейню на набережной Амура. Днём здесь почти не бывало людей, а вид из окна открывался умиротворяющий.

Рощин в тайне скучал по себе прежнему. Свободному сыскарю, денег у которого хватает от зарплаты до зарплаты, зато не имеющему обязательств, вроде сегодняшних. Сидеть напротив бывшего бандита и выслушивать его претензии.

Насколько проще жилось раньше! Волка ноги кормят, это было про него. Молодость, друзья, интересные, часто опасные дела. Кровь бурлила в жилах пьянящим коктейлем, а завтрашний день скрывался в тумане неизвестности.

 На пятом десятке Андрей сделался Андреем Евгеньевичем или товарищем полковником. И уже забыл, когда его в последний раз называли по прозвищу, Цыганом. Он прилипло со школы и сопровождало смуглого красавчика лет до тридцати пяти, пока тот не сменил полевую работу на кабинетную. Не обзавёлся связями, доходами и небольшим, пока ещё почти незаметным животиком.