Из меди и перьев

– Как ты думаешь, за сколько меня продадут?

Сольвег подняла голову, посмотрела на своего любовника, которого теперь можно было не прятать. Да только не нужен он больше.

– Задешево, милая, очень задешево, – пробормотал Магнус. – Ведь ни у кого не достанет казны всего королевства.

Казны всего королевства у Магнуса не было, а у нее и подавно. Как же дорого он ценит ее. Как же досадно, что не отзывается это ничем кроме усталости.

Она почувствовала, как он легко поцеловал ее в плечо. Не отпрянула и не ответила.

– Ты хоть понимаешь, что разрушил мне будущее?

– Естественно, – тот кивнул и откинулся на подушки. – Да только ты не позвала бы меня тогда. В первый раз. Если бы не хотела разрушить все вдребезги. Так что не скрою, что рад.

Сольвег почувствовала волну отвращения. Чужая любовь, которой не ждал, бывает противна.

Она подошла к стулу, сняла с него его рубашку и швырнула в него.

– Одевайся и убирайся. Где выход, ты знаешь.

Возражать он не стал. Натянул рубашку, у дверей обернулся.

– Завтра вечером как обычно?

Сольвег сделала вид, что не слышит.

– Сольвег?

– Я просила уйти, – прошипела она. – Ради всего святого, Магнус, у меня все еще хватит власти и спустить тебя с лестницы, и упечь за решетку.

Он улыбнулся.

– Ты такая хорошенькая, когда злишься. Только не льсти себе, дорогая. Я хотел спросить, отчего в конце коридора стоит мастер Талман. Отчего он ходит по дому не под твоим бдительным оком, а, Сольвег? И отчего два здоровенных детины ходят за ним?

Сольвег нахмурилась.

– Да так, – отмахнулась она. – У меня в чулане лежит мертвец без сердца.

На вопрошающий взгляд Магнуса она пояснила.

– Жених принес.

– Ты полна сюрпризов, – пробормотал он. – Уверена, что не рада разрыву помолвки?

О, как бы ей хотелось, чтобы это его тело лежало сейчас в каморке разодранным!

– Видимо еще рано про это шутить, – он натянуто улыбнулся и потянул ее за собой.

– Пусти, – шипела она. – Я ведь велела тебе выметаться.

Потом махнула рукой. Фанатичность, с которой тот отдавался работе, была гораздо сильнее всех прочих его страстей. Оттого она столько и знает теперь про яды, болезни, про то, сколько крови в живом человеке, про то, как выглядят печень и мозг. Не по собственной воле, но заткнуть любовника было непросто. Он хочет увидеть тело, он аптекарь, самую малость лекарь.