Из меди и перьев

Тот почтительно поднес тонкую бледную ладонь с кольцами к губам и еще раз поклонился.

– Микаэль, рада вас видеть. Я надеюсь, вы с добрыми вестями? Как там поживают мои корабли у южных границ?

– Поживают получше нас всех, госпожа, – кивнул Микаэль. – Неделя-другая – и вам придет прекрасный товар. Столько фруктов и пряностей, трав, гладких тканей давно вы не видели. Шелк из Аир-Хафа вам придется по сердцу.

– Знаешь, чем обрадовать стареющих женщин, – пошутила Мария-Альберта, а на гладком лице не было ни единой морщинки.

– Вы прекрасны, миледи, и знаете это, не дразните меня, – спокойно принял игру Микаэль. Там комплимент, тут улыбка, не первый день они знают друг друга, играют по правилам и играют красиво. Теперь она рассмеется, заправит локон с единственным седым волоском за все еще милое ушко, предложит вина, а в глазах сталь, такая острая, колкая сталь, мечи бы ковать из этого взгляда. Он пригубил вино и сел напротив нее. Свет из окна бил по глазам, он почти не видел ее лица, темный силуэт, белые рукава строгого платья, застегнутого до подбородка на все пуговки.

– Зачем ты пришел, Микаэль, я не ждала тебя.

Формальности улажены, она перешла на «ты», значит, волчица сегодня в благостном расположении духа.

– Да так, – Микаэль откинулся в кресле; вино было очень даже недурное. – Я проходил мимо. Просто проходил мимо и решил узнать у тебя, госпожа, что тебе ведомо о Горных домах.

– А что ведомо тебе? – бесстрастно спросила Мария-Альберта. – Ведь никто, проходя мимо, не заходит к главе городского Совета на поздний завтрак, истосковавшись по беседе о горцах.

Она позвонила в колокольчик и через минуту внесли блюдо нарезанного белого сыра и клубники. Плотно откушавший дома южанин из вежливости взял лишь ягодку. Несколько минут они провели в тишине.

– Значит, ты шел.

– Шел.

– Совершенно случайно.

– Именно.

– И захотел поговорить про горцев.

– Ты все схватываешь налету, Мария-Альберта, – широко улыбнулся южанин, только зубы сверкнули.

– Тебе что-то известно?

– А что известно тебе, повторюсь? Если мне не изменяет память, то именно ты слезно умолял меня впустить этих бездельников в город.

Микаэль замялся. Госпожа сестра главы Совета – как бы ужасно это ни звучало – была права. Этим же он и хвалился перед Каей-Мартой, надеясь на ее благосклонность. Может, теперь и хорошо, что он ее не добился.