Демоны должны умереть

Двигалась она куда проворнее меня – колено ступеньки не любило и неприятно напоминало о себе. Интересно, это как-то можно местной магией вылечить? Что-то подсказывало, что Георг пытался, но все же.

Вчера я столовую не слишком рассматривала – не до того было. Сегодня, при дневном свете, видно, что и тут не помешал бы ремонт. Очень не помешал бы. Как минимум потолок точно стоило оштукатурить как минимум. Да и сервизы на стеллажах были какие-то разнокалиберные, а на столе почему-то никто не заделал длинные царапины, словно бы от… ножа?

Есть в одиночестве в довольно большой комнате было странновато.

Стефания мне компанию не составила, отправившись за десертом. Так-то обычно в Анклаве вся смена ела за одним столом, и тогда стульев на всех не хватало, или, наоборот, каждый принимал пищу там, где мог и когда мог. И если шло дежурство, то стоило торопиться – в любой момент могла начаться атака, а защита периметра не вечна.

А тут все совсем иначе. Дул ветерок, щебетали за окном птицы, солнечный свет заливал комнату.

Все как в старых книгах… Только в старых книгах с Ловцом на груди никто не просыпался.

Интересно, кто готовил. Сама Стефания? Вряд ли. Даже магическое исцеление тратит силы исцеляемого, хотя раны и заживают куда быстрее, чем естественным путем. А крови она потеряла прилично, да и энергии тоже. Это не так, что ночью ранили, а с утра просыпаешься – и все как обычно…

– Госпожа, вы хотите что-то еще? – горничная поставила передо мной тарелку с каким-то суфле.

– Да. Сядь, пожалуйста, – я указала ей на стул.

Стефания напряглась, но подчинилась – и опустила взгляд, изучая стол.

– Кто готовил?

– Я, госпожа. Соли мало? Или…

Я подняла руку. С подчиненными общаться приходилось, а вот с горничными – нет.

– Давай сначала. Больше не называй меня госпожой, хорошо?

Девушка дернулась, как от удара.

– Я… Но… Простите, что я сделала не так? Я исправлюсь. Я… Там в лесу, я испугалась, этого больше не повторится, обещаю, я…

И что она так паникует?

– Эй, ты чего?

Вопрос явно застал Стефанию врасплох.

Она посмотрела на меня и осторожно спросила:

– А вы не помните? Мы вышли на прогулку, и…

Она покосилась на столешницу. Что-то мне подсказывало, что следы там оставила Владимировна.

– Все я помню. Я не понимаю, чего ты так паниковать начала, – прямо ответила я.

– Госпожа…

– Ника.

– Что, простите?

– По имени, хорошо?

На лице девушки отразилась целая гамма эмоций, основной из которых было облегчение.

– Я лишь хотела узнать, кто был в доме и кто готовил.